Книга ЛЮМО, страница 105 – К. Велесмайская

Тогда незнакомец покрепче сжал горлышко стеклянной баклажки и разинул свои узенькие глазёнки в сторону дома Рахмановой.

— На бабу! Летающую! – восхищённо крикнул мужик, поднимая руки вверх. – Поверь! Я несколько раз видел!

То, с каким детским восторгом местный забулдыга повествовал о летающей женщине, причмокивая сухими губами любимую водочку, немного рассмешило гостя.

— Верю. Ты оттого так много пьёшь?

— А? Ага… Мы с Люськой пили, а она вон… Летать научилась, хитрая бабёнка! Я, это, теперь буду догонять, во! И полечу в Москву, там же… Писали, что там дофигища получают! Денег-денег. А не как у нас, уголовку… О, братец, одолжи сто рублей.

— Топливо закончилось? У меня только доллар.

Мужик потряс бутылку и печально выбросил её в кусты.

— Сойдёт.

— На, иди скорее. А то без тебя улетят.

— Спасибо, ты брат мне теперь! Спасибо! Дай бог тебе здоровья, долгих лет жизни. И чтобы семья крепкая, и жена не пилила, и дети…

— Ступай с добром.

Оставшись наедине перед высокой калиткой, Зейн снял фуражку и гордо выпрямился, резко разворачиваясь вправо.

— Я чувствую, что ты рядом.

Найра возникла как призрак из иной реальности, скрытой за «стеклом» родного света – алмазная мозаика стала больше, словно ледяные кусочки чистейшей воды били друг об друга, открывая миру завесу. В обычной одежде она выглядела странно: старая куртка и джинсы, а на голове красная кепка с золотым принтом.

— Я могла быть в любой точке России, но ты приехал сюда. Почему?

— Скажем так… Мне повезло. Я хотел, чтобы здесь оказалась и ты. Значит, лётные навыки практикуешь? И… маскировку? Сколько ты можешь, Рэймонд?

— До Москвы я добираюсь за сорок минут, а скрытность помогает оставаться незамеченной! Я и мальчишек научу… – Найра сникла. – Как там они? Что-то известно про Ису?

Бывший командир подошёл к ней и поправил кривой козырёк кепки, смотрящий чуть вбок.

— Нет, Ису похитили грамотно. Ао всё ещё под арестом…

— Идиотизм. Он сам позволяет это… Союз должен был понять!

— Союз понимает. Но у них свои мотивы. Они хотят втянуть Японию и их ресурсы. Слушай… Я буду честен. Меня отстранили. Временно.

— Временно? – тёмная бровь изогнулась. – Ясно. Временно… Заходи тогда, коль пришёл. У меня картошечка сварилась.

За забором просевший деревянный дом с потемневшими досками, старыми окнами и скрипучим до похоронного марша крыльцом. Дорожки заросли сорняками, недалеко скопились ржавые вёдра, грязные тряпки. Ещё стояла пустая будка, а над ней раскинулась посеревшая ветка, на которой висел ошейник.

Внутри дела обстояли не лучше: затхлый запах плесени, нехватка света, старая мебель и паутинки пыли по углам. Такие домишки обычно сносятся от первого сильного порыва ветра.

— Не разувайся.

В гостиной, лёжа на продавленном диване, храпела женщина. Её укрыли несколькими одеялами и поставили на журнальный столик стакан с водой. Миска с семечками стояла рядом, а над ней почему-то кружили мошки.

О количество пустых бутылок можно споткнуться. Зейн отодвинул ботинком несколько «Белочек» и прошёл на кухню, где Найра уже любезно накладывала ему картофель. Посолив, они молча принялись жевать угощение. На третьем клубне Найра усмехнулась.

— Что?

— Да вот думаю… Ты вообще не подходишь сюда. Вон какой разодетый красавчик. Не пачкайся о мою клоаку под названием дом. Чего пришёл?