Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 134 – Лила Синклер

— Я никуда не пойду, пока не увижу, чем это закончится, — сказала Лиора, разворачивая на плоском камне ту самую карту, что привела их сюда, — но спорить с его распоряжением не стала. Её работа была сделана — расчёт, логика, точка на карте. Дальше начиналась его территория, и она слишком хорошо усвоила урок последних недель, чтобы вмешиваться в неё сейчас, из чистого нетерпения.

* * *

Первые минуты не принесли ничего, кроме тишины, — солдаты Дарена бесшумно заняли позиции вокруг заброшенных построек, но сами постройки оставались безжизненными, ни следа каравана, ни единого звука, способного подтвердить правоту её расчёта.

— Пусто, — донёсся до неё шёпотом доклад одного из разведчиков, вернувшегося от самих конюшен. — Ни лошадей, ни людей, генерал. Только старое сено и птичий помёт.

— Пусто, — повторила Лиора. На карте до переправы всё сходилось лучше, чем перед глазами.

— Подождите, — сказала она тихо, вглядываясь в карту, снова и снова пересчитывая расстояние и время. — Если они выехали на рассвете и сделали крюк, как я предполагала, у них ещё есть запас в пятнадцать-двадцать минут до расчётного времени. Мы не опоздали. Мы просто приехали чуть раньше них.

Нейл проверил песочные часы.

— Ждём двадцать минут. Потом сворачиваемся по приказу Дарена, даже если расчёт просит двадцать первую.

— Согласна.

* * *

На семнадцатой минуте Нейл поднял руку. Сначала Лиора услышала только реку. Потом — неровный скрип колеса и окрик возницы. Звук приближался со стороны крюка дороги.

— Караван, — сказал Нейл. — Кто именно — пока не видно.

Дарен дождался, пока первая телега минует разрушенную стену и покажется знак торгового дома. Только тогда махнул рукой. Солдаты вышли из укрытий; задняя группа перекрыла дорогу после последней телеги.

* * *

Лиора наблюдала за происходящим с пригорка, вцепившись в край карты так крепко, что побелели костяшки пальцев, — не в силах вмешаться, не в силах даже толком разглядеть детали в сгущающихся сумерках, только слыша крики, короткую, испуганную возню, звон металла где-то среди повозок, оборвавшийся почти так же быстро, как начался.

— Оружие на землю! Именем короны! — голос Дарена перекрыл весь остальной шум, ровный и властный, лишённый малейшей неуверенности.

Сопротивление погасло почти мгновенно. Дарен первым делом зачитал приказ о досмотре и предложил возницам отойти от телег; двое наёмников потянулись к оружию, но старший охраны сам велел им бросить клинки. Десять солдат были только внутренним кольцом: на тракте ждали люди Рейса, брод после разведки считался непроходимым, а запасных лошадей уже отвели. Большинство нанятых людей не собиралось умирать за чужой запертый сундук, о содержимом которого, возможно, и не знало.

Возниц отделили от охраны по именам из путевого листа. Один оказался записан сразу в обеих группах — вёз вторую телегу и носил короткий меч. Его оставили отдельно до выяснения, не выбирая удобную роль. Оружие сложили на брезент, пересчитали при старшем каравана и только потом связали руки двум людям, которые отказались отойти.

Один из возниц, впрочем, попытался вырваться в сторону брода — невысокая, стремительная фигура, отчаянно нахлёстывающая единственную свободную лошадь, — но трое солдат, оставленные именно на этот случай на дальнем берегу, перехватили беглеца прежде, чем тот успел войти в воду хотя бы на шаг.