Книга Боги и чудовища, страница 60 – Шелби Махёрин

Бо скривился, но все же сделал небольшой шаг вперед.

— Если память мне не изменяет, спешка тебе не по вкусу, Козетта, – тихо сказал он. Еще один шаг. Руки у Коко дрожали. Она сжала подол платья. – Не со мной.

— Мне не по вкусу все, что связано с тобой, – сказала она.

Бо едва заметно улыбнулся краем губ, посмотрев на Коко сверху вниз. Желание пошутить у меня сразу же испарилось. Мне не хотелось видеть эмоции в его взгляде. Эту нежность. Эту боль. И все же Бо медлил. Он не хотел ее целовать. Не здесь и не сейчас. Не вот так.

— Лгунья, – прошептал он.

И коснулся губами ее губ.

Прошла секунда. Они стояли неподвижно, врозь. Губы их едва соприкасались. Еще две секунды. Три. Смиренно вздохнув, Бо уже хотел отодвинуться, но Коко…

Я закатил глаза.

Она не позволила ему. Коко скользнула руками по его шее, волосам и положила ладонь Бо на затылок. Нет. Она притянула его к себе, чувственно целуя. Ее губы приоткрылись на вдохе. Бо не колебался. Он обнял ее за талию и прижал к себе. Но Коко жаждала большего. Она прижалась к нему сильнее и крепко обняла. Бо усмехнулся и стал надвигаться на нее, заставляя отступать назад. Коко уперлась в ближайшую полку, и Бо усадил ее сверху, раздвинув ей ноги и вклинившись между ними. Медленно и размеренно он прижимался к ней. Неторопливо. До тех пор, пока Коко не прикусила его губу. И вот тогда в нем словно что-то надорвалось.

Селия, стоявшая рядом со мной, широко распахнутыми испуганными глазами смотрела, как их объятья становятся все жарче, а дыхание громче. Ее щеки вспыхнули.

— Боже, – произнесла она.

— Наконец-то они дошли до пика. – Я отвел взгляд.

— О, как раз до пикаони пока что не дошли, – сказала мадам Саваж, вскинув бровь.

Я смутился от ее намека.

— Сколько вам лет?

— Я все еще молода, юноша. Весьма молода.

Ясно. В голове тут же возник соответствующий образ, и я закашлялся. Бо провел рукой по ноге Коко и притянул ее к себе за колено. Пальцами он ласкал ее кожу. Я снова покашлял, но уже громче, и невольно усмехнулся.

— Эгей! Прошу прощения! – Я усмехнулся еще больше, когда Бо резко отстранился, словно вынырнул из моря. Медленно моргая, тяжело дыша. – Вы, кажется, забыли, что тут не одни.

Бо все так же не замечал нас и смотрел лишь на Коко, а она смотрела на него. Они молчали. Наконец Бо нежно поцеловал Коко в лоб и отошел в сторону, оправив ей подол платья.

— Потом закончим.

Кажется, Коко пришла в себя, и к ней вернулся здравый смысл. Она поспешно спрыгнула с полки, смахнув баночку со стеклянными глазами. Они тут же рассыпались по всей повозке. Она наступила на глаз и налетела на Николину. Бо тут же поймал Коко, но та попыталась стряхнуть его руку.

— Не трогай меня. Все со мной хорошо. – Она поскользнулась еще на одном глазу и зло пнула его. – Сказала же, со мной все хорошо.

Бо помрачнел, услышав ее гневный тон.

— Повтори еще раз, – хмуро сказал он и выпустил ее. – И может быть, я поверю.

Бо отошел от повозки. Коко глядела ему вслед. Ее глаза ярко блестели. Она крепко обхватила себя и ссутулилась, словно поцелуй причинил ей телесную боль. Коко взглянула на меня, и я тут же отвернулся.

— Молчи! – бросила она, промчавшись мимо меня на улицу, но бежала она не за Бо.

— Ах, l’amour^[7]. – Мадам Саваж задумчиво глядела им вслед. – Я же сказала, что правда выйдет наружу. – Она хлопнула в ладоши и внимательно посмотрела на меня. Я отшатнулся. – Твоя очередь, юноша. Вытяни руку, пожалуйста.