Книга Боги и чудовища, страница 196 – Шелби Махёрин

Я показала на Рида, лежащего на полу. Губы у меня задрожали, и слезы потекли по щекам. Притвориться испуганной и расстроенной оказалось легче, чем я думала.

— Прошу, простите! Можете урезать мне жалованье, выгнать меня, выпороть, но, прошу, не дайте ему причинить мне боль.

Охотник помладше, казалось, был готов броситься мне на помощь, но мужчина постарше остановил его улыбкой. Сострадания в ней не было.

— Закончила?

Я громко шмыгнула носом.

— Неужели вы не поможете мне?

В два шага он пересек комнату, подошел к круглому столу и принялся рыться в бумагах. Затем вытащил лист из-под распятия, прижимавшего бумаги, и поднес к свету. Рисунок был набросан небрежно, но мое лицо – лицо Девы– было довольно хорошо изображено. Я смахнула с лица горе и прислонилась к решетке. Мой прежний облик снова вернулся.

— Ну и молодцы.

— Да, – задумчиво произнес шассер, с любопытством разглядывая меня. – Это точно. Похоже, ты унаследовала способности матери. Его величеству будет приятно это узнать

— Это… это дочь Госпожи Ведьм?

— Кажется, теперь она и есть Госпожа Ведьм.

Беспокойство младшего мгновенно исчезло, сменившись чем-то похожим на благоговейный трепет. Возможно, с оттенком страха. Голода.

— Мы поймали ее?

— Ты никого не поймал, – отрезала я, чувствуя страх, но тут же отбросила его. Друзья придут на помощь. Обязательно. – Могу я спросить, сколько времени?

Старший вернул рисунок на место и подошел подойти к клетке. Он держался непринужденно, но на верхней губе у него выступил пот. Он нервничал. Хорошо.

— Спросить можешь. Но я не отвечу. Лучше посмотрю, как ты корчишься.

Когда я быстро и внезапно подскочила к решетке, шассер отшатнулся назад. К его чести, он не выругался, а только схватился за грудь с тихим смешком.

— Может, ввести ей болиголов? – Младший достал из кармана мундира шприцы. – Преподать урок?

— Нет. – Старший покачал головой и пошел к двери. – Нет, сдается мне, мучений ей и так хватает.

Они закрыли за собой дверь с громким щелчком.

Теперь уже Рид оттащил меня от решетки.

— Наши друзья придут за нами, – сказал он.

В подтверждение его слов спустя какое-то время из коридора послышалась возня. Голоса переросли в крики, сталь мелодично зазвенела о сталь. Мы вскочили на ноги, уставившись на дверь и ожидая.

— Вот и все. – В предвкушении я обхватила прутья решетки. – Они здесь.

Рид нахмурился, услышав высокие девичьи голоса. Незнакомые, они не принадлежали ни Коко, ни Селии, ни Зенне, ни даже Серафине. Они звучали как голоса… детей.

— Отстаньте от нас! – раздался возмущенный голос. – Отпустите!

— Это вряд ли, – прорычал какой-то шассер. – Не в этот раз.

— Твой отец будет недоволен, Виктория.

— Пускай проглотит яйцо!

— Вы что творите? – закричала другая девочка. – Сейчас же уберите руки. Там наш брат, и он не сделал ничего плохого…

Охотники увели девочек прочь, и их голоса стихли.

— Виолетта и Виктория.

Рид уставился на дверь, как будто мог открыть ее одной лишь силой воли. Взгляд его был так пронзителен, что я почти в это поверила. – Они вытащили нас из темницы перед Маскарадом Черепов.

— Следуй за воспоминанием, – сказала я в отчаянии.

Если уж дочери короля не могли беспрепятственно проникнуть в Башню, то другие и подавно не смогут.

— Что?

— Ты же хочешь вспомнить. Вот так и попробуй.