Книга Боги и чудовища, страница 164 – Шелби Махёрин

Никогда в жизни больше в рот не возьму ни капли спиртного.

Стоявшая рядом лошадь подняла хвост и испражнилась в ответ.

От этого запаха я чуть не умер на месте. Прижав кулак ко рту, я с трудом привязал поводья к столбу и убежал в комнату. Остальные медленно и вяло собирали вещи. Кроме Коко и Селии. Ухмыляясь, Коко лежала на кровати, а Селия порхала туда-сюда, пытаясь помочь. Но не помогала, а только говорила. Очень громко.

— Почему ты не разбудил меня? – спросила Селия и шлепнула Жан-Люка по руке, а потом заглянула под кровать в поисках пропавшего сапога. – Ты же знаешь, что я всегдахотела попробовать виски, а вы выпили всю бутылку без меня! И еще играли в «Признание или желание»! Сам веселился, а меня не разбудил!

— Весело не было, – пробормотал Бо, принимая свою рубашку от Лу. Ночью она почему-то оказалась в умывальнике. Бо выжимал ее с несчастным выражением лица. – Это даже близко не похоже на веселье. Ты не помолчишь, дорогая?

— О, чепуха! – Прекратив поиски под кроватью, Селия встала и подбоченилась. – Я хочу знать каждую деталь. Какие вопросы вы задавали? Какие желания вы исполняли? Это что… – Ее взгляд упал на темное пятно на углу туалетного столика. – …Кровь?

Я тут же вытер его.

— Упал, когда делал колесо, – пробормотал я, щеки у меня горели.

— О боже мой! Ты не ушибся? А вообще неважно. Забудь, что я спрашивала. Вы явно прекрасно провели время без меня, так что пускай это будет твоим небольшим наказанием. Но вы должны рассказать мне все, что произошло, раз уж вы не потрудились пригласить меня. К счастью, у нас много времени по пути к Лё-Меланколик…

Жан-Люк схватил Селию за плечи, умоляюще глядя на нее воспаленными глазами.

— Я люблю тебя, Селия, но, пожалуйста, замолчи.

— Прошу, – сказал Бо, поднимая ботинок.

Селия, прищурившись, посмотрела на них.

— Что-что? – крикнула Коко. Она ухмыльнулась шире, когда мы все вздрогнули. Каждое слово резало острее ножа. – Что ты там просишь? Селия, дорогая, нам стоит говорить погромче.

Селия тоже ухмыльнулась.

— Конечно,Козетта. Ужасно грубо с нашей стороны! Стоит ли мне повторить все, что я только что сказала?

— Я думаю, это было бы весьма любезно…

— Ты права. Было бы. Так вот, я сказала…

— Прошу вас…

Бо бессильно повернулся к Лу, сидевшей на полу у кровати. Она складывала свою испачканную одежду в сумку. При виде нее у меня снова скрутило в животе. Желчь подступила к горлу. Этим утром Лу ни на кого не обращала внимания. Включая меня. Меня могло стошнить от одного только стыда – от воспоминания о ее коже, мягкой и сладкой. Ее запах до сих пор преследовал меня.

Я пожелал, чтобы она поцеловаламеня.

Подойдя к умывальнику, чтобы ополоснуть лицо, я проглотил кислую желчь.

Лу не ответила, и Бо похлопал ее по плечу. Она посмотрела на него отсутствующим взглядом. Ее лицо было бледным, а веснушки яркими.

— Ты можешь заставить их замолчать? – взмолился Бо. – Может быть, заварить им голосовые связки?

Лу вытащила из ушей маленькие кусочки ткани.

— Это что?

Мы все уставились на нее.

Затычки для ушей. Лу сделала затычки для ушей из куска стеганого одеяла. Бо с благоговейным видом выхватил их у нее и засунул себе в уши.

— Ты злой гений.

Лу не засмеялась. Она лишь моргнула. Затем медленно сосредоточила взгляд на комнате, как будто была погружена в свои мысли. Она все еще держала нижнее белье в руке, когда спросила: