Книга Призрачная невеста, страница 72 – Шелби Махёрин

«Пожалуйста».

Словно прочитав мои мысли, Михал перевел взгляд на Одиссу. Она молча и с вызовом смотрела на него в ответ. Между ними проскользнула искра понимания – легкое неодобрение. Одисса покачала головой и отвернулась к другому окну, словно не могла смотреть на происходящее. Лу хмуро на нее поглядела.

Михал, однако, принял решение.

Он изящно склонил голову. Внутри у меня все горело, хотя напряжение отпустило.

— Прошу прощения, мадам, – сказал он. – Я был неосторожен с вашей дочерью, но будьте уверены, я не представляю для нее никакой опасности. – Его голос смягчился, и он обратился к теням вдали: – Если кто-то попробует навредить вашей дочери или ее спутникам на Реквиеме, они об этом быстро пожалеют. – Хотя Михал оставался воплощением вежливости, его черные глаза сверкали враждебностью. – А может быть, и не очень быстро.

Даже моя матушка сморгнула. Пылу у нее поубавилось, словно она только сейчас поняла, что оказалась на острове вампиров. Она обвела нас проницательным взглядом.

— Что ж, это будет… хм, я хочу сказать…

Она не могла решить, была ли подобная угроза необходимой или неуместной.

Как я ее понимала.

— Садись, матушка, – произнесла я онемевшими губами, пока она не успела оскорбить кого-нибудь еще.

Лу ухватила ее за локоть и втянула в карету. Они сели на скамью напротив нас с Одиссой.

— Закончим этот разговор потом, наедине, – сказала я.

В отчаянной попытке взять ситуацию в свои руки, матушка посмотрела в окно на Дмитрия.

— Почему вы улыбаетесь, юноша?

— Уже очень давно наш остров нуждается в женском внимании, мадам. Для нас большая честь, что такой дамой оказались вы. – Не обращая внимания на хмурый взгляд Одиссы, он поклонился и улыбнулся, заиграв ямочками. – Селия так чудесно отзывалась о вас.

Моя мать хмыкнула, но по ее щекам разлился румянец удовольствия, а я внимательно посмотрела на Дмитрия. Однако и на этот раз он остался спокоен. Подмигнув мне, он постучал пальцами по дверце и отошел от кареты. Матушка посмотрела ему вслед, и взгляд ее смягчился.

— Что ж, вот это настоящий джентльмен, Селия.

Покачав головой, Лу наклонилась ко мне и прошептала:

— Моя мать однажды прокляла одного неверного супруга, чтобы тот мог произнести мое имя, только испытав родовые муки.

— Зачем ты мне это говоришь?

Лу откинулась назад, но медленно и напряженно, словно ей было больно.

— Да так, просто предлагаю взглянуть на все с другой стороны.

— Я вернусь за тобой на рассвете, Селия, – сказал Михал, и я ничего не успела спросить у Лу. – Твоя комната и приданое в том же виде, в котором ты оставила их. Если пожелаешь, Луиза и твоя матушка могут остаться с тобой, или их проводят в другие покои. Любую комнату в замке подготовят за час.

Он коротко поклонился моей матушке и развернулся, но неожиданно для себя я схватила его за руку.

— Михал.

Услышав дрожь в моем голосе, он слегка напрягся, а я почувствовала, что все вампиры вперились взглядом в его запястье, за которое я его держала. Волосы у меня на затылке встали дыбом. С трудом сглотнув, я попыталась отнять руку и отбросить мысли о болезненном страхе, сжавшем грудь. Однако ничего не получалось, потому что Одисса была права, и все пошло наперекосяк. Потому что Лу была больна, Филиппа восстала из мертвых, а Фредерик погиб. Сам Мрачный Жнец перешагнул завесу, а Одисса спорила с Михалом из-за чего-то, что я не понимала. Реквием погрузился в хаос. А моя матушка… сидела посреди всего этого и неодобрительно смотрела, как я держала за руку мужчину, который не был моим суженым.