Книга Призрачная невеста, страница 244 – Шелби Махёрин

Я тихо и печально рассмеялась.

— Задай ты мне этот вопрос год назад, я бы ответила «нет».

Я прижалась щекой к его ладони, и если во мне еще и оставалось напряжение, то все последние капли растворились.

«Ты точно этого хочешь?»

На такой простой вопрос ответ не должен быть таким сложным, и тем не менее так и было. Когда-то давно я хотела быть послушной дочерью, а потом женой. Хотела стать первой охотницей среди шассеров. Я завидовала ведьмам, жаждала волшебства и мечтала жить на страницах сказки – быть героиней, побеждающей зло, влюбленной принцессой. Такая жизнь казалась куда интереснее моей. Куда важнее.

Родители забыли меня.

Сестра бросила.

Даже мой первый возлюбленный покинул меня… как и второй, по-своему.

Возможно, то, что больше всего привлекало меня в сказках, было вовсе не спасение мира, не возможность оставить след в истории или доказать, что достойна чего-то. Нет, желала я того, что ждало в самом конце. Надежду. Жить долго и счастливо.

Поцеловав ладонь Михала, я прошептала:

— Смерть может изменить точку зрения. Раньше такая жизнь казалось скучной и обыденной, но сейчас… я и правда хочу посидеть у окна детской вместе с тобой. Хочу прогуляться вместе с тобой среди апельсиновых деревьев, целоваться с соком апельсинов на губах. Хочу послушать, как наши родные препираются. Хочу смеяться вместе с матушкой и заплетать волосы сестре. Хочу посмотреть, как Дмитрий попробует шоколадные эклеры. Хочу отправиться вместе с тобой в Шато ле Блан, где мы будем танцевать весной у дерева. Раньше я не ценила ничего из этого, но сейчас…

Михал, кажется, затаил дыхание.

— Но сейчас?

Приподнявшись на цыпочки, я легонько поцеловала его и прошептала:

— А сейчас я хочу такой жизни, Михал. Хочу тебя.

Я оторвала от него взгляд и посмотрела на город, остров, Одиссу, которая стояла чуть поодаль и делала вид, что не подслушивает.

— Если… только ты не захочешь, чтобы мы стали прежними. Одисса могла бы обратить тебя в вампира.

Я отстранилась, чтобы посмотреть на него, и убедиться, что Михал видит меня и слышит то, что я скажу в следующий момент:

— Она и меня могла бы обратить.

Михал поморгал, слегка нахмурившись.

— Ты бы пошла на это?

— Ради тебя я бы сделала что угодно.

Его лицо расплылось в широкой улыбке. Он развернул меня к трапу, притянул к себе и убрал волосы. Он игриво укусил меня за шею и чуть хрипловато произнес:

— Я, конечно, скучаю по возможности кусать тебя, Селия, но мы столько всего еще можем сделать вместе. Однако это будет трудно, пока мы живем с твоими матушкой и сестрой.

— И Дмитрием, – выдохнула я и изогнулась Михалу навстречу.

Он поцеловал меня в шею, где укусил. Его язык приглушил боль, а я прикусила губу, чтобы не охнуть. «Господи, как же я люблю его!»

Он тихо рассмеялся.

— Может, не будем говорить о моем кузене сейчас?

— К счастью, моя сестра убьет его уже через несколько дней.

— Ну, не знаю.

Михал посмотрел на корабль, откуда доносились громкие голоса. Филиппа что-то сказала, и Лу засмеялась.

— Кажется, что-то там намечается.

Прищурившись, я посмотрела на него.

— Я остаюсь при своем мнении. Если не Филиппа, то моя матушка убьет их обоих. Если мы хотим уединения, нам поскорее нужно найти свой дом. – С губ неожиданно сорвались слова, но взять обратно я их уже не могла и покраснела сильнее. – То есть… если ты хочешь…