Книга Призрачная невеста, страница 18 – Шелби Махёрин

«Не Филиппа».

Чувствуя неимоверный ужас, я отшатнулась, желая выдернуть руку из хватки Одиссы, пытаясь разорвать связь и найти глазами пентаграмму. Одисса, однако, не выпустила моей руки, и даже вампирским зрением я не смогла ничего разглядеть в этой темноте. Тьма была непроницаема. Если бы не рука Одиссы в моей – словно она тоже цеплялась за меня изо всех сил, – мне бы показалось, что мы погружаемся в небытие. В бездну.

— Что это? – Голос Бо внезапно заглушил скрип стульев, бешеный стук сердец.

В следующую секунду Бо врезался в меня и обхватил нас с Коко.

— Все будет хорошо… – поспешно заверила она.

Однако даже в ее голосе слышался ужас. Биение ее сердца участилось, оглушая меня. Насыщенный аромат ее крови смешался с запахом дыма и роз. Голова у меня закружилась от безумного калейдоскопа ощущений. Коко сжала мне руку. Сердце Бо билось у моей щеки. Такое теплое. Завораживающее.

— Селия, сосредоточься.

Одисса до боли сжала мне руку, но я не могла остановиться. Глаза ничего не видели, а запах просто ошеломлял. Сейчас я ощущала на вкус розы, страх, магию. Клыки выросли, когда что-то зловонное проползло по коже – скорее ощутила какое-то присутствие, нежели почувствовала прикосновение или запах. Словно чей-то взгляд. Кто-то смотрел на меня. Нет. Кто-то нашел меня, и тяжесть этого взгляда грозила подавить мою волю, желая, чтобы я тоже превратилась во тьму. Глаза начали закатываться.

— Сосредоточься на моем голосе, – уже громче сказала Одисса, а Лу и Рид, пошатываясь, пробирались сквозь темноту в поисках света. – Тебе нужно закрыть завесу…

— Спички на каминной полке, – подсказал Рид.

— Их здесь нет…

За окнами вспыхнула молния, осветив руку в перчатке в пентаграмме.

Казалось, весь воздух из комнаты испарился.

— Что это… – в ужасе начала Коко, но в эту секунду рука взметнулась к нам.

Оглушительный раскат грома расколол ночное небо. Стол затрясся. Медный котелок с грохотом упал на пол. Комната снова погрузилась в темноту. Рука схватила меня за рукав, но Одисса молниеносно отдернула меня в сторону.

Рука шлепнулась на Бо.

Сдавленно выругавшись, он отскочил назад, а Коко пронзительно закричала. Какое-то быстрое движение потревожило тьму. Я не понимала, ни где нахожусь, ни что мне делать, и налетела, кажется, на Рида. Пламя свечей снова вспыхнуло, теперь еще ярче и горячее прежнего. Оно осветило размазанную пентаграмму. Тяжело дыша, Коко склонилась над ней. Ее ладонь, которой она стерла линии пентаграммы, была в крови. Коко прервала ритуал и изгнала руку в перчатке.

По-прежнему ощущался аромат роз… и темнота. Она застилала мне глаза, покрывала пятнами лица Рида и Одиссы, которые с беспокойством смотрели на меня.

— Селия? – Рид вгляделся в меня и ухватил за локоть, чтобы я не упала. – В чем дело? Тебе нужно присесть?

— У меня… – мои веки затрепетали, а ноги едва не подкосились, – нет сил.

«Как странно».

— Это все твои надпочечники. – Одисса ухватила меня за другой локоть и повела к столу.

«Завеса».

Она все еще витала в воздухе, и я, не видя ее краев, потянулась к ним и неуклюже соединила, а потом снова оперлась на Одиссу. Все уставились на нас, и она пояснила:

— Надпочечники вырабатывают гормоны, связанные с напряжением, а длительное напряжение повышает аппетит. – И уже мне сказала: – Ты же ничего толком не ела со дня своей гибели.