Книга Призрачная невеста, страница 133 – Шелби Махёрин

«Пепел к пеплу, – сказала Матильда. – Прах к праху».

Я посмотрела на истерзанное тело лугару, и на душе стало тяжело.

Никто не заслуживает такой участи.

Снова поднялся ветер, растрепав мне волосы, взметнув платье и плащ Михала. Лугару выпрямился, повернулся к нам и понюхал воздух, словно учуял новый запах. В его хищных желтых глазах отразилась боль. Из груди вырвалось кошмарное рычание. Я поняла, что опасность куда страшнее, чем думала, – с его морды стекала свежая кровь, а на груди запеклась старая, уже засохшая и потемневшая, сначала скрывшая вырванные куски плоти и следы от зубов.

Внезапно я поняла, как он погиб.

Вампир разорвал ему горло.

Лугару зарычал громче и осклабился. В его оскале читалась жгучая ненависть, и я сжала локоть Михала. Он скривился в ответ, но прежде, чем все стало еще хуже, я умоляюще затараторила ему на ухо:

— Нужно помочь ему. Может, мы сможем как-то договориться с ним, воззвать к здравому смыслу, и тогда не придется испепелять его и других восставших.

Михал полностью закрыл меня собой, не сводя глаз с оборотня.

— Матильда сказала, что им уже ничем не помочь…

Лугару сделал шаг вперед. Из его горла вырвалось искаженное:

— Дми… трий.

И все внутри у меня ухнуло. Скверная ситуация только что превратилась в настоящую катастрофу, и все последующее лишь подтвердило это.

— Где… – задыхаясь, выдавил лугару, а я оперлась на руку Михала, силясь понять его. – Дмитрий?

Я вгляделась в его рваные раны на шее, а в голове зазвучал голос Коко: «Восставшие с того света, чтобы нарушать покой других и наводить ужас на тех, кого они знали».

Господи.

Лугару, задрав морду, злобно зарычал и подался вперед. Он понюхал воздух и вперился яростным взглядом в Михала, который приготовился нанести удар.

— Он пока не нападает. – Я схватила Михала, впившись ногтями в его кожаный плащ, и он помедлил. – Это что-то значит.

Наконец Михал оторвал взгляд от мертвеца и вгляделся в меня. Судя по его лицу, по напряженным мускулам и беспокойному блеску в глазах, он понял меня.

«Ради моей сестры мы обязаны попытаться. У нас должно все получиться».

— Прошу, Михал, – тихо повторила я. – Должен быть другой путь.

К моему удивлению, он не оттолкнул меня, как сделали бы это шассеры. Не стал говорить мне бежать или образумиться. Он лишь кивнул, и я едва не заплакала от счастья: этот жест был таким маленьким, но таким важным. Михал поддерживал меня. И он не убьет мою сестру, только лишь завидев ее.

Повернувшись к лугару, я спросила его:

— Вы помните свое имя, месье?

Оборотень зарычал и замотал головой. Он дергался и трясся, словно не мог стоять на месте. Сердце сжалось от боли, и, больше не в силах терпеть его страдания, я осторожно обошла Михала.

— Держись рядом, – негромко произнес он.

Лугару зашипел и снова замотал головой, словно отгонял пчел, а я сделала маленький шаг вперед, уже медленнее и аккуратнее.

— Вы не заслужили того, что сотворил с вами Дмитрий.

Он зарычал в ответ, подтверждая мои слова.

— Но его смерть не облегчит вашу боль. Только лишь усилит ее.

Он заскреб лапами землю, зафыркал и задергался.

— Возможно, если вы попробуете обратиться, – тихо продолжила я, вздрогнув, – боль немного утихнет.

Но он только зарычал и подошел ближе. Глаза его закатились.

Рядом со мной тут же появился Михал.