Книга Призрачная невеста, страница 117 – Шелби Махёрин

Заставив себя нахмуриться в ответ на его легкий тон – да что со мной не так? – я обошла Михала, пересекла комнату. Подалась вперед, разглядывая латунное основание настенного бра. Оно было похоже на лицо. Морщины, прищуренные глаза, обвисшие щеки, бородавка на кончике орлиного носа. Из носа потекла струйка крови, и улыбка Михала исчезла.

— Селия, – предостерег вампир, но было слишком поздно.

Лицо отпрыгнуло от стены и, щелкнув зубами, попыталось меня укусить – уже в третий раз меня хотели цапнуть!

Только на этот раз я замешкалась, и зубы вцепились мне в нос. Меня пронзила боль. Челюсти на носу сжимались все сильнее и немного подрагивали – ни дать ни взять собака с костью, виляющая хвостом. Пронзительно закричав, я вслепую забила по ним, а Михал оторвал мерзкую тварь от стены – показались уши, шея. Плечи, грудь, талия и…

«Ой».

Охнув, я схватилась за нос, а на ковер спрыгнула дряхлая старуха, перекатилась и сердито уставилась на нас. Не говоря ни слова, она смахнула металлическую крошку с пышной груди и рукавов простой льняной сорочки. Латунная пыль разлетелась в стороны, но в основном – каким-то образом – осела на лице Михала. Он с отвращением поморгал.

— Здравствуй, Матильда, – сухо сказал он.

— Ты разрушил мой дом, кровосос! – огрызнулась она, отерев кровь с носа. – Придется платить.

— Как же я скучал по тебе.

— Можешь приберечь свои сладкие речи, мы с тобой не друзья. Я велела тебе не возвращаться, а ты взял и приперся, наглая твоя рожа, – раздраженно фыркнула Матильда.

Нетвердо стоя на ногах, она потирала зад и пристально смотрела на нас маленькими голубыми глазами. Грохочущий дом понемногу затихал.

— Вампиры. Вечно вы суете свой нос в мои дела…

— Не уверена, что у меня еще есть нос, – возмутилась я.

— И поделом. Это научит тебя не лезть, куда не следует. Как вы вообще сюда попали?

Михал закатил глаза и скинул кожаный плащ, пытаясь отряхнуть латунную пыль.

— Я владею этим домом, Матильда.

— А! Наглый шантаж в чистом виде.

Она прошаркала к дивану, плюхнулась на него и положила толстые ноги на скамеечку, которой секундой ранее еще не было. Настороженно поморгав, я оглядела комнату сквозь пальцы. Я все так же прикрывала лицо руками, боясь показать Михалу свой изуродованный нос.

— И вообще, что значит владею? Какое-то никчемное право собственности. Нет-нет, никакая власть не отнимет у меня дом, пока я живу в нем…

Матильда все продолжала ворчать, но я уже не слушала ее, встретившись взглядом с Михалом. Чуть прищурившись, он подошел ко мне и, не обращая внимания на мои возражения, отнял мои руки от лица. Он осмотрел мой нос – его щеки покрывала золотистая крошка, и выглядел он совершенно нелепо, – а потом наконец покачал головой и пробормотал:

— Его уже не исправить.

— Да ну тебя, Михал.

Оттолкнув его, я ощупала нос. Кажется, цел. Михал слегка ухмыльнулся, и в груди разлилось тепло. Опасная усмешка. И сам он опасный.

«Очень опасный».

Только сейчас я поняла, что выиграла наше пари. Открывшиеся возможности волновали меня настолько же, насколько и пугали.

— Вы меня хоть слушаете? – сердито фыркнула Матильда. – Разумеется, нет. Здесь воняет, как в каком-нибудь мерзком борделе…

Михал вскинул бровь, глядя на книги, валявшиеся на полу.

— А это там, случайно, не «Доение Минотавра» лежит?