Онлайн книга «Узник тумана»
|
Он громко засмеялся. — Умоляю… – взгляд Ёрки метался от мужчины к мужчине. — Почему душа Соньи привязана к туману? – рявкнул Лассе. – Почему именно она? И где проводили ритуал? К чему привязка? — Никто не знает, только Верховная, – жрица билась в припадке. – Она никому никогда ничего не говорила. Мы следили за послушницами. Когда алтарь был голоден, выбирали самую бесполезную и приносили в жертву. Охотились за мужчинами и отдавали их гуронам в обмен на товары: ткань, посуду, еду… — Хаук? — Не лжёт, – зевнул он. — Молодец, жрица! Вот видишь, как складно ты запела, а говоришь, что ничего не знаешь. Тот алтарь, что внизу, какова его сила? — Он влиял на тех, кто обладал магией жизни. Других девочек в храм не брали, – прохрипела Ёрка. – Не знаю как, но Верховная говорила несколько раз, что он всего лишь часть, соединённая с Великим началом тумана. Но никто не знает, что это значит. Лассе взглянул на Хаука, тот уверенно кивнул. — Хорошо, – муж вынул ладонь из её груди. – А теперь расскажи о моей Сонье всё, что знаешь. — Она послушница. Дерзкая. Немного сумасшедшая, но это потому, что видела, как её отца приносят огню в жертву… — Это не то, – рявкнул мой северянин, – и она не сумасшедшая. Выбирай слова, когда говоришь о моей женщине, а то я тебе язык укорачивать начну. Чем она отличается от остальных? — Да ничем, – женщина расплакалась. – Ничем! — Её мать? Кто она? Ёрка замерла и уставилась на него, а после даже просияла. — Говори, – кивнул Лассе. — Жрица! Верховная как-то обронила, что её кровь – не вода. Отец северянин из какого-то проклятого княжества… — Вардана, – исправил её Рольф. — Нет, – она затрясла головой, – нет. Княжества! Проклятое княжество! Дети Тумана. Она ребёнок тумана. А он высокородный. Слабый был мужик, но магия при нём имелась. А мать одна из нас. Жрица! — Кто? – Лассе прищурился. — Не знаю, клянусь Тануком! Но она в храме. Верховная говорила о ней, как о живой. Живой! Она где-то тут! — Хорошо, кто из жриц рожал? – Хаук отклеился от стены и зашёл за спину Лассе. Ёрка сникла. Её нижняя губа задрожала. — Не знаю, – промямлила она. – На моей памяти – никто. Но когда сын привёз меня в храм, Сонья уже была. Я помню её, она постоянно бегала на кухню к этой опущенной Светле. Эта дура всегда за детей тряслась. Её и пороли за лютую, а она всё её кормила да с рук не спускала. А после и вовсе отцу передала. Вот тогда-то жрица и опустила её до послушниц… Сама виновата! — Так, значит. Непростая она всё же, – муж призадумался. – А Светлу мы отпустили… — Можно вернуть, – предложил Хаук. – Возьму Атлин и метнусь им вдогонку. Ати нечего здесь делать, когда ты занят допросом. Меньше видит – лучше спит. — Собрался вечно её от всего оберегать? – хмыкнул Рольф. — Да собрался! – отмахнулся он. – И не лезь, брат. Я был против того, чтобы она тащилась за нами. Её место… — Мы все знаем, где её место, – оборвал его на полуслове Лассе. – Но об этом потом. Если ничего не добьюсь от этого бабья – поплывёшь за своей поварихой. Пока мужчины переговаривались, Ёрка, кажется, даже не дышала. Моё сердце кольнула неуместная жалость. Я представляла, как ей сейчас больно и страшно. Но в памяти всплыла иная картина. Как она укладывает хворост вокруг столба… Как хватает меня за руки, не давая подбежать к папе. Да, на её руке остался шрам от моего укуса. |