Онлайн книга «Маяк на улице Рамбла»
|
По пути они распевали народные песни, загадывали друг другу загадки, весело смеялись и сами не заметили, как добрались до «Макиниста Террестре и Маритима», где их уже ожидал отец. Увидев свою семью, мужчина прервал разговор с группой рабочих и простился с ними до следующего дня. Рамон Рос был человеком, наделенным поразительной двойственностью. Будучи серьезным по натуре мужчиной, он за считаные секунды мог преобразиться, и тогда на его лице появлялось одно из самых дружелюбных выражений, что видели в сердце Сьюдад-Кондаль. Ухоженная, всегда аккуратная и симметричная борода обрамляла греческие черты лица, придававшие его облику мудрость древних мыслителей. Его внушительный орлиный нос и проницательный взгляд, скрытый под красиво очерченными веками, наделяли его величавым благородством. Дон Рамон одевался скромно и производил впечатление человека, обеспокоенного благом своих близких, что позволяло разглядеть скрытую в его душе доброту. Не было вокруг ни одного человека, кто не относился бы к нему с глубочайшим уважением, и, несмотря на свою дородность, он умел двигаться неспешно и плавно. Возможно, благодаря его манере держаться или умиротворению, которое от него исходило, люди обращались к нему за помощью – чтобы получить совет или просто выговориться. Как бы то ни было, дон Рамон был человеком справедливым и сопереживающим, готовым рискнуть всем ради благого дела. * * * Льюисет бросился к отцу с тем же пылом, что и к матери час назад, и Рамон нежно его обнял. — Как дела в школе, малыш? Ты многому учишься? Помни, тебе предстоит стать самым умным в семье! — Это нетрудно, пап! – насмешливо бросил мальчик. – Но школа мне не нравится… Можно мне работать с тобой? Обещаю, я быстро всему научусь! Рамон рассмеялся над выдумкой сына. — Терпение, Льюисет. Перед тем как установить в доме окна, необходимо сначала заложить фундамент и возвести стены. Всему свое время. Не нужно торопиться, головастик. Мальчик, лишь от части удовлетворенный объяснениями единственного человека в мире, которым он восхищался, взял отца за руку и потянул за собой туда, где их ждали мать с сестрой. Когда семья Рос Адель собиралась вместе, происходило нечто волшебное: вокруг них воцарялась теплая и умиротворяющая атмосфера, которой невозможно было не позавидовать. Именно это Льюисет и любил больше всего на свете: видеть счастливыми людей, которых он обожал всей душой. * * * На кухне Росита готовила под крики чаек, отчаянно ищущих, чем бы полакомиться. Кроме жаровни и скромной посуды, ей было нечем похвастаться, но она варила суп, в который бросила все, что нашлось, чтобы придать ему неповторимый вкус. Она уже несколько часов стояла у плиты, а Агнес в это время заканчивала штопать низ и манжеты рубашки. В свои тринадцать лет дочь Роситы решила посвятить себя тому же ремеслу, что и мать, и прекрасно управлялась с иголкой и наперстком. Чтобы выполнить все заказы в срок, одна порой брала на себя домашние дела, а другая шила. Благодаря этой стратегии они могли чуть свободнее распоряжаться временем и многое успевали за день. К тому же слава Роситы достигла самых удаленных уголков района, а значит, число ее клиентов увеличивалось с каждым днем. — Льюисет, сбегай в кафе на углу и позови отца. Еда почти готова. |