Книга Маяк на улице Рамбла, страница 216 – Льюк Оливерас

Журналисты переглянулись, мгновенно поняли друг друга и молча кивнули.

— Мне эспрессо. А тебе, Рикардо? – спросил журналист своего напарника, чья камера ясно давала понять, какую роль он играет в этом дуэте.

— Содовую, пожалуйста.

— Сию минуту! – воскликнул Льюис, намеренно отводя взгляд. Так ему было проще справиться с волнением.

Через пару минут официант изящно подал заказ. Несмотря на видимое спокойствие, он все еще был на взводе.

— Если вы не против, сеньор Рос, пока я буду задавать вам вопросы, мой коллега сделает несколько снимков для репортажа. А после сфотографирует вас и всю команду.

— Замечательно. Простите, как ваше имя? Мне бы не хотелось ошибиться, обращаясь к вам.

— Да пожалуйста. Карлос Монблан… – гордо заявил журналист. Эта фамилия имела богатую историю в городе, и мало кто не знал того самого Монблана из газеты «Диарио де Барселона».

Сделав глоток кофе и выразив удивление его вкусом и текстурой, журналист достал блокнот из кожаного портфеля, висевшего у него на груди, и приготовился задавать вопросы. Тем временем, будто по сигналу, его напарник Рикардо отошел в сторону, чтобы сделать несколько снимков заведения.

— Если вы не против, начнем с вашей связи с киоском. Насколько я знаю, вы работали здесь с четырнадцати лет, не так ли?

— Да. Я начал подмастерьем и проработал до двадцати пяти лет под руководством дона Атилио Масота, который управлял киоском. Он был подлинной душой этого места.

Карлос Монбланк кивал, пока Льюис рассказывал о своих первых шагах в качестве официанта и опыте в двадцатые годы. Журналист проявлял неподдельный интерес к истории нового управляющего и понимал, почему тот решил приобрести лицензию. Его стремление вернуть киоску былое величие многое говорило о его целях.

Час спустя, когда интервью подошло к концу, Льюис, Антони и Одноглазый с удовольствием позировали для фотографий, демонстрируя гордость, которую они испытывали каждый день, воплощая в жизнь то, что стало мечтой всей семьи.

Слова главы семейства Рос Понс и его эмоциональность не оставили равнодушными репортеров газеты, которые прониклись его делом. Выполнив свою работу, журналисты попрощались, поблагодарив Льюиса и его «семью» за гостеприимство.

Встреча оставила у всех исключительно приятное впечатление, и владелец заведения почувствовал облегчение от того, как прошел визит. Лаура в очередной раз доказала свою правоту. По ее мнению, согласие на предложение прессы должно было послужить хорошей рекламой киоску и привлечь новых клиентов. Так и случилось.

С тех пор как они приобрели это заведение, дальновидная жена Льюиса не переставала повторять ему одну и ту же мысль: «Знаю, что тебя волнует лишь твой квартал и бывшие клиенты киоска, но этот город уже не тот, что был прежде, и в него начинают приезжать новые жители и туристы, не ведающие об истории, которую ты пережил. Пора открыться миру, чтобы каждый мог ощутить притяжение нашего маяка. Если никто не будет говорить о киоске, как же еще все эти люди узнают о его существовании?»

* * *

Пару дней спустя в киоске появился фотограф из «Диарио де Барселона», работавший над историей Льюиса. На сей раз он принес с собой папку среднего размера, которую положил на барную стойку, после чего снял шляпу и сделал заказ.