Книга Маяк на улице Рамбла, страница 198 – Льюк Оливерас

Слепо следуя за своим напарником по шалостям, Антони взобрался на стену, которая держалась лишь благодаря надеждам местного священника. Мальчишки добрались до маленькой, погруженной в темноту крыши. Это место напоминало крысиную нору, и, поскольку сюда едва проникал солнечный свет, они воспользовались этим, чтобы устроиться поудобнее и поделить трофеи.

Чуфо вытащил из-под рубашки бутылку бренди и две пачки сигарет.

С хитрой ухмылкой приятель Антони откупорил бутылку с помощью маленького стилета, который всегда носил с собой, и хлебнул бренди. Передав бутылку сыну Льюиса Роса, он закурил сигарету, воспользовавшись спичкой из коробка, который тоже стащил у бедной торговки.

За пару часов ребята расправились со всей бутылкой и выкурили целую пачку сигарет – два товара, которые было труднее всего достать в послевоенное время, когда список ограничений и запретов разросся до невероятных размеров. Украсть у старухи эти сокровища было поистине гнусной проделкой.

Окрыленные, с легкими, полными табачной отравы, они покинули тот заброшенный уголок города и двинулись вверх по роскошному Пасео-де-Грасия к кинотеатру «Фемина», расположенному в доме № 23 на элегантном барселонском проспекте. Это царство кинематографа славилось долгожданными премьерами от киностудии «Двадцатый век Фокс» и голливудскими фильмами для всей семьи. Кинотеатр, который, вопреки всем обстоятельствам, прославился в пятидесятые годы, благодаря своим показам в формате «Синемаскоп».

Несмотря на всю их невинную браваду, Чуфо и Антони были бесстыдниками из хороших семей. Оба злоупотребляли доверием родителей и учились в престижной школе, которая открывала свои двери не каждому. Однако Мартинес был более отпетым пройдохой, чем отпрыск семьи Рос Понс, который чаще просто подражал другу. Подтверждением этому служило ежедневное проникновение Чуфо в кабинет его отца – известного адвоката, работавшего на некоторых политиков режима, – с целью украсть пачку банкнот из сейфа, который считался вполне надежным. Парень, научившийся втайне от отца таскать деньги на свои расходы, водил Антони в кино, зная, что это была большая страсть его друга. Наследник Рос Понс, разумеется, был лишь рад, что нашелся благодетель, финансирующий его скромные пороки.

Пока алкоголь все еще циркулировал в их крови, они купили билеты на приключенческий фильм, ставший хитом в тот сезон. На середине фильма Чуфо захрапел, но Антони, завороженный происходящем на огромном экране, ушел с головой в вымышленный мир, который ему не было суждено познать. Этот вестерн показал, насколько унылыми были школьные занятия. Антони хотел лишь одного – стать одним из тех счастливчиков, что зарабатывают на жизнь, создавая эти восхитительные миры на пленке.

Пока же он плыл по течению, не зная, что его ждет впереди.

* * *

Антони, потупив взгляд, поднялся на крышу своего дома. Он прогуливал уроки не потому, что хотел разозлить или разочаровать своих родителей, но звонок из школы Льюису Росу и череда побегов вместе с Чуфо Мартинесом предрешили его судьбу.

Понимая, что ему сейчас влетит – и вполне заслуженно, – отпрыск семьи Рос Понс подошел к отцу, который молча смотрел на Барселону, расстилавшуюся у его ног. С этой высоты открывался вид на все участки Рамблы и прилегающие кварталы, сливавшиеся вдали с морской гладью горизонта.