Книга Маяк на улице Рамбла, страница 161 – Льюк Оливерас

Не в силах скрыть любопытство, отец и дочь переходили от прилавка к прилавку, пока не добрались до того самого торговца, который когда-то продал им два экземпляра «Вертера».

И Лаура испытала огромное удивление, когда нашла книги, которые сочла зна́ком судьбы. Среди многочисленных образцов классической литературы выделялись два томика «Ромео и Джульетты», вновь перевязанные шелковой лентой. Наследница Понсов сначала подумала, что это совпадение – насмешка над тем, что она переживает, но наивность молодой женщины тут же испарилась, когда книготорговец пустил в ход свой старый словесный арсенал, чтобы извлечь выгоду.

— Красивые, не правда ли, сеньорита? – спросил хитрый торговец, намереваясь завести ту же пластинку, которая могла бы принести ему несколько монет.

— Я бы сказала, восхитительные…

— И особенные! Это экземпляры знаменитой пьесы «Ромео и Джульетта» гениального Уильяма Шекспира. Когда-то они принадлежали двум влюбленным…

— И поэтому они связаны ленточкой, не так ли? – парировала Лаура, смутив наглеца и положив конец его вранью.

— Все верно…

— А знаете что? Они мне безумно нравятся, поэтому я их возьму. Можно, папа? – спросила Лаура, и в ее голосе впервые за долгое время послышалась знакомая теплота, которую Исаак тут же уловил.

— Разумеется, дочка… Не могли бы завернуть их вместе с этими? – спросил предприниматель, протягивая торговцу книги, которые он выбрал во время их разговора.

Продавец, почувствовав облегчение, завернул книги в газету, перевязал их веревкой и кивком попрощался с покупателями.

Сделав несколько шагов от прилавка в сторону памятника Колумбу, отец и дочь от души рассмеялись над этой забавной сценой.

— Ты видел? Он же врет как дышит! Хотя должна признать, он знает, как придать загадочности любовным романам, чтобы продать их.

— Каждый делает что может, дочка. Читателей в городе не так уж и много, а ему, как и всем, нужно есть. Когда голод подстегивает, человек способен на что угодно, но в этом не всегда есть злой умысел.

Этот забавный случай помог им восстановить душевную связь, и Исаак настоял на том, чтобы сесть в одну из «ласточек» и посетить новый ресторан «Мар-и-сель», открывшийся в конце волнореза. Новая градостроительная политика включала и другие новшества, такие как маяк, расположенный на самом краю пирса, уходящего в море. На него также можно было попасть, проплыв вдоль берега на одной из знаменитых барселонских лодок.

И вот, миновав Порталь-де-ла-Пау, они поднялись на борт лодки и молча поплыли по спокойным волнам, омывавшим город. Ласковое дуновение морского бриза помогло Лауре расслабиться и оценить поступок отца – он, с присущей ему нежностью и добротой, пытался восстановить с ней связь.

В «Мар-и-сель» они по достоинству оценили прелести морской кухни и традиционные каталонские блюда. Именно в этой непринужденной светлой атмосфере и состоялся разговор, призванный сдвинуть с мертвой точки абсурдное положение дел. Предприниматель знал о чувствах дочери, но, слушая, как она говорит о своей большой любви с честностью и искренностью, присущими тем, кому нечего терять, он задумался над своей позицией.

— Дочка, я понимаю, как много Льюис для тебя значит, но в этом вопросе семейный статус и традиции играют решающую роль. Мы любим тебя, но нам необходимо думать и твоем будущем тоже.