Книга Маяк на улице Рамбла, страница 159 – Льюк Оливерас

Поначалу юный Рос сомневался, стоит ли ему погружаться в незнакомую для себя сферу, но торговец убедил его – все великие художники когда-то выполняли подобные заказы, являвшиеся не чем иным, как еще одной гранью их мастерства. Ему лишь нужно было сделать эскиз на холсте другого размера, а обо всем остальном позаботилась бы типография.

Дело в том, что «Монпеле» и другие производители ликеров изъявили желание разместить рекламу на куполе заведения и платили немалую сумму, которая делилась на три части: комиссионные торговца, доля владельца киоска и гонорар художника. Сделка была выгодна для всех, и все сомнения рассеялись, как только Льюис осознал, что его работы оказались у всех на устах. Успех был таким оглушительным, что юный Рос со временем распробовал вкус славы и привык к значительным заработкам. Чтобы доказать, что он достоин стать мужем Лауры, ему было необходимо улучшить свое финансовое положение и показать, что он способен зарабатывать на жизнь, не только подавая напитки, а значит, Лаура не будет ни в чем нуждаться.

— Ну что, парень? Ты доволен?

— Очень, сеньор Мунтанер… Не думал, что скажу это, но я очень горжусь созданными плакатами.

Торговцу понравились слова его подопечного.

— Льюис, в нашем деле главное – не ограничивать себя. Возможно все, и на любое предложение нужно соглашаться. Как воплотить задачу в жизнь, ты разберешься потом, но никогда не позволяй себе сомневаться в своих силах. Между холстом и плакатом почти нет разницы, их просто размещают в разных местах.

Художник, не отрывая взгляда от только что установленной новой рекламы напитков, восхищался тем, как это творение прекрасно вписалось в облик его любимого киоска. Если повезет, плакаты привлекут новых клиентов, и это поможет ему закрепиться на одной из своих работ. В этот особенный момент ему не хватало лишь Лауры. По правде говоря, все это он делал лишь ради того, чтобы быть рядом с ней.

— Парень, готовься, ведь это лишь начало. Ты обращаешь на себя внимание самых влиятельных шишек, так что заказы тебе обеспечены.

Льюис ощутил внезапный груз ответственности. Вдруг он не справится с тем, что его ждет? Рисование было его настоящей страстью, но он все еще беспокоился о том, как вернуть Лауру. И сколько бы он ни ломал голову, он все еще не мог найти другого способа доказать ее родителям, что безумно любит их дочь и достоин ее руки и сердца. Письма так и не возымели эффекта, но форсировать события он не мог. После случившегося с Амадеу юноша пообещал своим родителям, что будет уважать решение семьи Понс. Ему совсем не хотелось этого делать, но он не мог доставлять Рамону с Роситой еще больше огорчений.

В порыве счастья Льюис взглянул на Атилио в надежде увидеть в его глазах понимание. Благодаря ему он стал частью этого волшебного сообщества, благодаря ему он возмужал и вырос достойным человеком. Для юного Роса Атилио был не просто вторым отцом – он был его наставником, другом и, прежде всего, самым близким человеком, которому он мог довериться.

Взглянув на него, он увидел, что на лице управляющего застыла едва заметная гримаса боли. Он прижимал руку к груди и время от времени, казалось, надавливал чуть сильнее. Льюис уже не раз наблюдал подобную картину и снова забеспокоился о здоровье Атилио. Может, ему следовало обратиться к врачу?