Книга Поместье Блэкторн, страница 24 – Джей Ти Джессинжер

Я пробую пойти в другой коридор, минуя Ронана, все еще прохлаждающегося в приемной, но и там меня ждет неудача. Часовня и демонстрационный зал, где выставляются урны и гробы для продажи, пусты, как и комната отдыха для персонала.

Когда я, потерпев поражение, возвращаюсь на ресепшен, Ронан беспечно швыряет горящую сигарету прямо в сухой мох, лежащий в горшке под пальмой, и встает.

Его легкомыслие меня бесит, и я замечаю:

— Ты можешь начать пожар.

— Скрестим пальцы. Не нашла матриарха?

— Не смешно.

— Никто и не смеется.

— Только ты, про себя.

— Я бы не посмел. Ты слишком опасна, чтобы над тобой смеяться.

— Работай у тебя хоть половина мозга, ты бы понял, насколько точно это утверждение. Почему бы тебе не оставить меня в покое?

— Мне кое-что интересно.

— Какой, должно быть, волнующий и новый опыт! Предлагаю заставить одного из твоих миньонов порыться для тебя в интернете.

— Не будь такой злой.

— Поверь мне, будь я злой, то у тебя бы уже нескольких пальцев недоставало.

— Ладно. Но все же уважь меня ответом на вопрос. Если ответишь честно, обещаю, я больше тебя не побеспокою.

Я щурю глаза и всматриваюсь в его лицо. Кажется, он говорит искренне, так что я неохотно сдаюсь.

— Ну и?

Он выдерживает достаточно долгую паузу, чтобы мне стало некомфортно. А потом низким голосом, пристально глядя на меня, он спрашивает:

— Наша дочь знает, кто ее настоящий отец?

Когда в ответ на его вопрос звучит каменная тишина, Ронан говорит:

— Я знаю, о чем ты думаешь.

— Нет, не знаешь. В противном случае ты бы уже убежал.

— Мэйвен.

— Не смей произносить мое имя так, будто я веду себя неразумно.

— Я не считаю, что ты неразумна. Я считаю, что ты просто ее защищаешь. Но она такая же моя, как и твоя.

— Случайный донор спермы ‒ это не то же самое, что родитель. И, если мне не изменяет память, ты был не так преисполнен отцовскими чувствами, когда я рассказала о своей беременности много лет назад.

Я разворачиваюсь, но он ловит меня за руку и тянет назад. Когда я отказываюсь смотреть на него, он берет меня за подбородок и принуждает к этому.

— Мне было семнадцать. Мальчишка!

— Убери руки от моего подбородка, пока их не лишился.

— Я хочу с ней встретиться. – Он замолкает, а потом посмеивается. – Необязательно делать такое лицо.

— На самом деле, обязательно. Именно такое у меня лицо, когда я собираюсь пролить кровь. Отпусти меня, Ронан. Это твое последнее предупреждение.

Он всматривается в мое лицо в напряженной тишине, а потом отпускает.

— Умный ход. А теперь забудь, что задавал мне этот вопрос, и уходи.

— Ты забыла о нашем договоре. Я уйду, только если ты ответишь.

— Тогда, полагаю, это патовая ситуация, потому что я скорее вырву себе глаза, чем хоть слово тебе скажу о моей дочери.

Он выпрямляется в полный рост и складывает руки на широкой груди. Властный, словно сеньор, взирающий на укравших у него призовую корову крестьян, он смотрит на меня сверху вниз:

— Нашей дочери.

— Скажи это еще раз. Вперед. Скажи это еще раз, и я пристрелю тебя прямо здесь, на месте.

Он вскидывает обе брови

— Убьешь меня в похоронном бюро? Это как-то слишком удобно, ты так не считаешь?

— Я считаю, что тебе самое место в аду, Ронан Крофт.

Что-то вспыхивает в глубине его глаз. Темная, странная эмоция на короткое мгновение всплывает на поверхность, прежде чем он берет ее под контроль и гасит.