Книга Всего одна ночь, страница 15 – Лия Султан

— Просто? — усмехнулся я. — Если бы все делали "просто работу" так, как ты, было бы гораздо легче.

Она смущается сильнее и гипнотизирует табло с цифрами, будто каждый пройденный этаж — это ее спасение.

— Я рада, что вы довольны, — тихо произносит она.

Секунда тишины.

— Лена, — я нарочно опускаю отчество, смело позволяю себе это.

Она замирает, поворачивает голову и мы встречаемся взглядами. В нём мелькнуло всё: растерянность, осторожность, тень того прошлого, которое мы оба помнили слишком хорошо.

И в эту секунду лифт останавливается на ее этаже и она бросает коротко:

— Хорошего дня.

Ну нет, говорю себе жестко. Так не пойдет. Еще раз ты не сбежишь.

Я выхожу следом. В коридоре пусто, все уже разбежались по кабинетам. А мы опаздываем. Почему-то я не могу ее отпустить без последнего слова, поэтому беру ее за руку и останавливаю.

— Ты избегаешь меня? — слова вырвались громче, чем я хотел.

Она чуть вздрогнула и обернулась.

— Нет, — короткий ответ.

Я усмехнулся. — Странно. Значит, показалось.

Она бросает на меня быстрый, колкий взгляд. В её глазах вспыхивает искра, но тут же гаснет.

— Я просто стараюсь быть профессиональной, Амир Тимурович.

— Я тоже, — сказал я тихо. — Давай поговорим в неформальной обстановке.

— О чем?

— О том, как нам взаимодействовать дальше, чтобы, — прочищаю горло, — личное не смешивать с работой.

— Я никогда не смешиваю личную жизнь и работу, Амир Тимурович.

Она прикусывает губу, будто хочет что-то сказать, но сдерживается. Но я вижу: она помнит. Всё до последней детали.

И я тоже.

Лена отворачивается и спешит дальше. А я зверею от неожиданной реакции на нее, ее лицо, глаза, запах.

Мысли о ней отвлекают от дел и такое в моей жизни впервые. До женитьбы я никогда не смешивал, как она сказала, личную жизнь с работой. И теперь не собирался. Но внутри зудело: я должен знать больше. Кто? Откуда? Замужем? Есть ли дети?

В дверь постучали. — Войдите, — говорю я.

Секретарша входит осторожно, явно еще ко мне не привыкла. Она встает напротив и кладет на стол тонкую папку. — HR передал личное дело Елен Морозовой, как вы просили, Амир Тимурович.

Я молча киваю и жду, когда выйдет.

Как только остаюсь один, раскрываю папку, не ожидая ничего нового. Формальности: копия удостоверения личности, из которого я узнаю, что ей 35, резюме, копия трудовой книжки, диплома, международных сертификатов о прохождении тренингов за рубежом. Вытаскиваю из прозрачного файла лист с автобиографией, написанной красивым, понятным почерком. Пробегаю по нему взглядом и в конце взгляд цепляется за одну строку. Сердце проваливается вниз и резко взлетает.

Семейное положение: не замужем. Дети: Морозов Тимур Борисович, 25 сентября 2025 год.

Я долго смотрю на эти строчки, будто они были написаны чужим языком. Сын.

Скоро ему исполнится четыре года.

Откинувшись в кресле, чувствую, как в груди сжимается что-то острое, жгучее. Мы были вместе в январе 2025-го. Она ушла на рассвете, оставив меня в пустой комнате, и исчезла. Я не искал её — сдержал слово. А теперь… сын. Тимур Борисович Морозов. Пролистываю в самое начало. Она — Морозова Елена Борисовна. Значит, дала мальчику свое отчество и фамилию.

Мой ли? Или нет?

В голове за секунду проносится слишком много картин. Маленький мальчик с её глазами. Или с моими. Сидящий за столом, смеющийся, бегущий по двору. Я пытаюсь это представить и внутри становится невыносимо пусто и больно.