Онлайн книга «Станешь моей?»
|
— Ты приходишь сюда каждый день? – просовываю я руки в нагретые его телом рукава. — Раньше приходил, – помогает он мне встать. – Подожди, – расшнуровывает свои туфли. – Будешь немножко как Чарли Чаплин, но зато не поранишь ноги, – ставит передо мной лакированные чёрные «лыжи». – Да ладно, не такой уж у меня и большой размер ноги, – улыбается он на мой упёршийся в его обувь взгляд. — Сорок восьмой растоптанный? – засовываю я свои многострадальные ноженьки в тёплое нутро дорогой кожи. — Если тебя это немного успокоит: эти туфли мне большие. — Уже успокоило, – едва сдерживаю я смех, когда начинаю шаркать как старушка, опираясь на его руку. И Адам улыбается, осторожно шагая рядом в носках. По крайней мере я уже заставила его улыбнуться. А это хоть маленький, но прогресс. — Вот там прямо к воде вниз ведут ступеньки, – показывает он рукой направо. – Но в это время года здесь купаюсь только я. Холодно. И я ныряю прямо отсюда, – показывает он налево. — О, боже! – едва наклонившись вперёд, шарахаюсь я от края. – Но там же скалы! — Там, да, обломки, – невозмутимо пожимает он плечами. – Приходится быть осторожнее. Прыгать ближе не к заливу, а к большой воде. — Ужас, – цепляюсь я за его руку мёртвой хваткой, чтобы ещё раз посмотреть на эти зловещие острые пики, что торчат из воды. – А какая тут глубина? — Метров десять. Не глубоко. При желании можно легко занырнуть до дна. — Значит, это торчат самые верхушки скал со дна? — Одной скалы, на которой мы как раз стоим. Просто раньше она была на десять метров выше. — У тебя что-то случилось? – перехожу я без предисловия с сути своего визита. — Нет, – убедительно качает он головой. – С чего ты взяла? — С того, что я здесь, а ты даже не спросил почему. — Так рад был тебя видеть, что обо всём забыл, – хмыкает он насмешливо. – Но ты же здесь не первый раз. А если ищешь Эвана, я тебя расстрою: он бывает на берегу только по утрам. — Эвана? – поворачиваюсь я, чтобы посмотреть на его ярко очерченный в свете луны гордый и обиженный профиль. – Нет. Я искала тебя. Правда, думала ты сейчас будешь несколько занят. Хотела подождать. — Думаешь, что всё обо мне знаешь? – поворачивается он. И слегка презрительно, я бы сказала: совсем как Эван, скользит по мне взглядом сверху вниз. — Как раз наоборот. Я бы хотела знать. Всё. Но пока знаю только крохи, да и те, думаю, густо приправленные выдумками и сплетнями. — Например? — Например, что ты занял большую сумму на лечение девушки, но она умерла. Поэтому и работаешь на этом шоу. Именно работаешь. А не ради своего удовольствия каждый вечер уводишь очередную участницу, задавая неизбежный вопрос: «Станешь моей?» Хотя, может, конечно, тебе и не всегда неприятно. А скорее даже наоборот… — Вики, – не глядя на меня, прерывает он поток моих ненужных, каких-то убогих фальшивых слов, в которых я чуть не утонула, рискуя всё испортить. – Её звали Вики. И это правда. Редкая форма лейкоза. Химиотерапия. Экспериментальный препарат. Пересадка донорского костного мозга… Но ничего не помогло. — Значит, это Эван занял тебе денег? — Ева, – резко поворачивается он. – Просто спроси, что ты хочешь о нём знать. И я тебе расскажу. — О нём – ничего, – сажусь я на край, аккуратно сняв и поставив рядом ботинки, и опустив босые ноги вниз. – Но это невозможно говорить о тебе без него. Как я ни стараюсь. Извини, что вообще начала этот разговор. |