Книга Жена Моцарта, страница 169 – Елена Лабрус

Не скрою, удивил.

Но и я не осталась в долгу — тоже его удивила.

— Не закрывай глаза, — прошептала я, когда он вдавил меня в кровать сверху.

— Я никогда не закрываю, — посмотрел он на меня с любопытством. — Но, скажи, где этому научилась ты?

Я, конечно, не призналась.

Это было неважно. Важно было то, что он меня всё же покорил.

Влюбил. Увлёк. Зачаровал.

Заново. Снова. Опять.

Хоть мне и не хотелось так быстро сдаваться.

— Увидимся завтра? — вставила я ключ в дверь.

— Если у меня будет время, — он демонстративно посмотрел на часы и ведь даже, сволочь, не улыбнулся. — Я позвоню, — открыл свою дверь.

— Может, я буду на связи, — пожала я плечами, вошла в свою квартиру и замерла.

Он не закрыл дверь? Я не услышала хлопок.

Сделала шаг назад… и попалась.

Оказалась в его объятиях.

— До завтра? — заглянул он в глаза, оставив на моих губах пронзительно нежный поцелуй.

— Да, — кивнула я и… не закрыла на ночь балконную дверь.

И пусть он не пришёл, сбежать от него в отместку, как я надеялась на следующий день, после второй пары, у меня не поучилось.

Увидев, что никого нет в вестибюле, я выскочила из здания университета на улицу.

И увидела Моцарта, стоящего у машины.

— Обожаю твою спонтанность, — улыбнулся он, когда я запрыгнула на него с разбега и повисла на шее. — Как латынь?

— Сдала. На пять.

— Я в тебе никогда не сомневался, — потёрся он своим холодный носом о мой.

— А ты разве не должен быть на заседании?

— Должен. Но девушка, что оставила для меня открытой балконную дверь, заслуживает того, чтобы её… сводили в кино.

Вообще-то я собиралась позвонить Кирке. Но какая Кирка! Какие чёртовы тайны прошлого! Как же хотелось жить здесь и сейчас! Как хотелось просто наслаждаться тем, что у нас есть и ни о чём больше не думать!

У меня получилось не думать ровно до конца сеанса.

— Неплохой боевичок, забористый, — оценил фильм Моцарт, возвращая на место стереоочки, и посмотрел на часы. — Но тебя уже минут пятнадцать ждёт в офисе господин Шахманов.

— Вот ты сволочь! — возмутилась я, ткнув его кулачком в бок. — А раньше нельзя было сказать?

— Зачем? — улыбнулся он. — Чтобы ты нервничала? А сейчас у тебя такой правильный настрой.

Глава 42. Евгения

— Но я же не знаю, что ему говорить. Не знаю, как себя вести. Не знаю…

— Всё ты знаешь, душа моя, — улыбнулся Моцарт, когда я невольно расправила плечи, и открыл дверь в зал заседаний.

Нет, Шахманов не подпрыгнул мне навстречу.

Развалившись в кресле как наглый упитанный кот, он лениво снял свои дорогущие очки с пантерами на заушниках, дыхнул в них, потёр вынутой из кармана тряпочкой. Вернул очки на нос, тряпочку в карман и лениво встал, ровно в тот момент, как я пересекла огромный зал.

— Евгения Игоревна, — произнёс он так, словно подобострастно согнулся. На самом деле лишь слегка склонил голову.

— Модест Спартакович, — учтиво кивнула я и жестом пригласила его пересесть ближе к моему креслу во главе стола. На что он вальяжно парировал:

— Да мне и здесь неплохо. Не думаю, что наша беседа будет долгой, даже несмотря на присутствие здесь Сергея Анатольевича, — выглянул он из-за меня, чтобы посмотреть на Моцарта.

— О, не извольте беспокоиться, — даже не повернулся к нему Моцарт. Он провёл пальцем по стыку окна и теперь рассматривал на наличие пыли с таким видоом, словно нет для него сейчас ничего интереснее грязного пальца. — Я здесь чисто номинально.