Книга Жена Моцарта, страница 112 – Елена Лабрус

— А вы можете хотя бы сообщить ему как-то, что он свободен? — умоляюще посмотрела я на адвоката.

— Сделаю всё возможное, — приложил он руку к груди. — И позвоню, сразу, как только бумаги будут у меня.

Он на этом откланялся. А я посмотрела на телефон: заряжен ли.

Этот звонок я не пропущу ни за что в жизни.

— Жаль, что нельзя поехать сразу, — с детской непосредственностью вслух сказала Диана то, о чём все подумали.

Но я решила провести эти два, почти три, дня с пользой: съездить к врачу, вымыть квартиру, накупить цветов и поставить букет в каждый угол. Не знаю почему, но хотелось море цветов к возвращению Сергея.

Просто хотелось цветов.

Праздновать мы, конечно, будем, когда Моцарт вернётся.

«И чёрт с тобой, Емельянов, я ведь прощу тебя за всё, что ты мне наговорил», — улыбнулась я.

Но пока надо было поставить в известность маму.

А сообщать такие новости по телефону неправильно.

Поэтому мы все вместе поехали к ней.

Глава 29. Евгения

Я думала, почувствую воодушевление, радость, облечение, но пока чувствовала только опустошение.

Чувствовала себя сухим колодцем, вычерпанным до дна.

Возможно, этому колодцу в моей душе просто нужно время, чтобы снова наполниться — тогда я снова научусь радоваться. Возможно, я ещё боялась верить, что всё позади, и смогу расслабиться, только когда обниму мужа. Но, как бы то ни было, пока во мне не было сил даже улыбаться.

И мрачный, такой же душевно растерзанный, Бринн как никогда был мне близок.

Сашка, Иван, Диана, Руслан, сидя за накрытым столом, бурно обсуждали подробности пережитого за последние дни, а нас с Антоном мама пригласила посекретничать ко мне в комнату.

Мы были рады покинуть весёлое застолье.

— Что Целестина? Нашлась? — спросила я, сев на подоконник.

— Нет, — покачал головой Бринн. — Я съездил домой. Но у меня она тоже не появлялась. А где и как её искать, я себе даже не представляю. Да и надо ли, — тяжело вздохнул он, снял и снова надел своё новое странное кольцо, прокрутил на пальце.

Я проследила за его руками и пожала плечами.

Честно говоря, для меня это стало больше, чем очередной новостью — откровением, что Бринн так подавлен, расстроен и зол из-за Эли. Мне и в голову не приходило, что он будет так переживать. Что для него это окажется настолько серьёзно.

Он и сам, похоже, не ожидал, что её побег так сильно его заденет.

Хотя, может, он был расстроен не только этим. А чем-то, что мне не ведомо. Но его мрачное настроение было налицо.

— Хочешь об этом поговорить? — спросила я.

— Не особо. И точно не сейчас, — покачал он головой.

— Ну, иди хоть обниму, — развела я руки в стороны.

Бринн покорно ткнулся лбом в плечо. Я погладила его по спине. А потом крепко прижала к себе и вздохнула. Мы так сроднились за эти дни, что пусть я не понимала его боль, но так остро её чувствовала, что хотела забрать себе.

Именно об этом я и думала, обнимая его, что готова разделить его беду, помочь, поддержать, сделать что угодно, как и он поддерживал меня в эти трудные дни, когда дверь неожиданно открылась.

Я подняла голову.

— Ой! Простите! — замерла на пороге Диана.

Её округлившиеся испуганные глаза, смятение, шок вдруг сделали ситуацию такой двусмысленной, что я невольно разжала руки.

— Не знала, что вы… — неподдельный ужас на её лице заставил меня похолодеть, онеметь, растеряться.