Книга Корми. Укладывай. Не влюбляйся, страница 60 – Александра Пивоварова, Майя Пивоварова

— Я и не героиня. — выдохнула я.

— Героиня. — возразил он, и в его голосе мелькнуло что-то странное, почти нежное. — Дура героическая. Но это поправимо.

Ян резко отвернулся, усаживаясь на свое место, и завел двигатель. Я сидела, прижимая к себе сонного Максима, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

«Дура героическая».

Черт бы его побрал. Почему от этих слов у меня внутри все перевернулось.

Машина мягко тронулась с места. Я смотрела в окно на проплывающие мимо дачные участки, на вечернее небо, окрашенное в розовый, и чувствовала, как внутри закипает адская смесь из благодарности, злости и чего-то еще. Чего-то опасного. Чего-то, чему я отказывалась давать название.

— Ян. — позвала я тихо.

— М?

— Спасибо, — сказала я, глядя прямо перед собой. — правда. Я не знаю, что бы делала без тебя.

Он хмыкнул. Мое «спасибо» ему точно было не нужно.

Но… я поняла одно.

Ян Зарецкий — эта сила, с которой придется считаться.

И от этой мысли во мне разгорался опасный огонь.

— Ян, как твой брат? — спросила я, наконец успокоившись.

— Не понятно. Завтра будет виднее. Но… — он запнулся. — главное, Ярик открыл глаза.

Юрий

Я сидел на кухне, лениво помешивая остывший чай. Мать хлопотала у плиты, хотя я даже не просил. Ну, а кто еще будет? Она же женщина. Ей по природе положено.

— Сынок, ты покушал? А то я тут борщик сварила, как ты любишь.

— Мам, отстань, я думаю. — буркнул я, даже не подняв головы.

«Вот она, правильная женщина.»

Любой нормальный мужик знает — женщина должна быть хранительницей очага. Ну серьезно, это же элементарно.

Женщина должна быть нежной, но не слабой, чтобы я чувствовал себя рыцарем. Должна вкусно готовить, это база, чтобы я друзьям хвастался. Должна следить за фигурой, но не фанатично, без этих ЗОЖ-сект. Должна уметь промолчать, когда я уставший, и поддержать любой разговор, когда я в настроении. Должна дружить с моими друзьями, но не флиртовать с ними. Должна быть скромной на людях, но раскованной наедине со мной. Должна разбираться в футболе ровно настолько, чтобы не задавать тупых вопросов, но восхищаться голами. Должна уметь зарабатывать, но не больше меня, чтобы я не чувствовал себя ущербным. И главное — она должна быть благодарной за то, что я ее выбрал.

Так устроена природа, мужчина — добытчик, а все остальное на женщине.

И хватит мне этой бабской пропаганды про равенство.

Моя мать всю жизнь была правильной женщиной и говорила мне: не тащи в дом эту Мальвину.

А я идиот, не послушал. И вот во что вляпался. Знал бы заранее, вообще с ней не знакомился.

Мальвина — истеричка, которой вечно все не так и чего-то не хватало постоянно.

«Ты мне не помогаешь! Ты меня не слышишь! Твоя мать считает меня прислугой!»

Ну, а кем она еще была. Сидела на моей шее, в доме моей матери и еще собиралась какие-то права качать. Да я ей жилье дал, в интеллигентную семью привел эту детдомовку. Мама к ней со всем теплом, учила ее всему: как убирать, как готовить, как быть правильной женой. Но что взять с безродной.

Разошелся с ней и слава богу. Только угораздило этой дуре в аварию попасть, а мне связаться с ее младшей сестрой, по которой психушка плачет.

«Малолетка чертова. Ну, ничего, я тебе устрою райскую жизнь. Будешь знать, как кусать руку кормильца.»