Книга Тени Грейфолла 1, страница 119 – Алекс Кош

— Совершенно здоровая реакция на тварь из Пустошей.

— А у вас на плаще кровь.

— Это не моя. Моя под плащом.

Некоторое время в гостиной было слышно только потрескивание углей. Себастиан ждал, потому что понимал, что она спустилась среди ночи в гостиную вовсе не ради беседы о погоде. Из всей семьи во главе с Эдмундом только Элиза проявляла к нему положительные эмоции и искренне желала общения, и Себастиан мог лишь предполагать о причинах такого поведения.

— Вы ведь родились с Тенью, — наконец произнесла она, разглядывая свечу. — С родовым Аспектом. У Рауля он есть, у отца есть, пусть и очень слабый, у деда, говорят, был такой, что в комнате темнело от одного его дурного настроения. Скажите честно: он у всех де Грейвов проявляется одинаково? В детстве?

Вот, значит, о чем разговор, о родовом Аспекте.

— К шести годам, — подтвердил Себастиан. — У меня в четыре. Я тогда со злости погасил все свечи в детской, и меня неделю не пускали к сестре, потому что она боялась темноты, а я еще не умел останавливаться и погружал во мрак все пространство вокруг себя.

— А у меня Аспект так и не проявился. — Она произнесла это ровно и спокойно, и именно эта ровность выдавала, сколько раз она проговаривала одно и то же про себя. — Мне двадцать. Не шесть, не семь и даже не двенадцать. Меня смотрели два наставника, потом магистр из Академии и еще один целитель, которому отец заплатил столько, что мама неделю с ним не разговаривала. Одни говорят, что Источник есть, но спит и когда-нибудь может проснуться. Другие — что Источника нет вовсе, и я просто пустая.

— Разница не особо велика, — заметил Себастиан. — Задокументированные случаи позднего пробуждения источника можно пересчитать по пальцам.

Элиза фыркнула, но улыбка у нее вышла кривая.

— Знаете, что самое унизительное? Даже не то, что я не могу зажечь на пальце ленту мрака. А то, как все делают вид, будто всё в порядке. Рауль при мне вообще старается не пользоваться Аспектом, из вежливости. Мама говорит, что дар не главное, и что с моим приданым это не имеет никакого значения, и отец с ней соглашается, но смотрит на меня с таким сочувствием…

Себастиан отставил тарелку окончательно. Тема ему не нравилась категорически, просто потому что он не знал, как успокоить девушку, и тем более как ей помочь. Зато теперь становилось понятно, почему её так интересовал Себастиан, он одновременно являлся и самым талантливым носителем аспекта рода де Грейв, и человеком, теперь живущим без этого аспекта.

— Скверная новость, леди Элиза: вы обратились к худшему советчику в городе. Я тринадцать лет прожил с Тенью, и все эти годы она слушалась меня лучше, чем кого-либо. Я никогда не сталкивался с такими сложностями.

— А на что это похоже? — тихо уточнила она. — Мрак. Что вы чувствовали, когда повелевали им?

Себастиан ответил не сразу. Память услужливо напомнила о том, о чём он старался не думать без крайней необходимости: ощущение, когда сумрак в комнате перестает быть просто отсутствием света и становится продолжением руки, послушным, тяжелым, живым, и ты чувствуешь каждый угол и каждую тень под каждым стулом так же ясно, как собственные пальцы. Магистры тени могли и атаковать с её помощью, и перемещаться из одной тени в другую, это был невероятный по силе Аспект.