Книга Всматриваясь в пропасть, страница 78 – Евгения Михайлова

— Мы с вами договаривались? Я что-то таких не припоминаю.

— Вообще-то да, – приветливо произнес Сергей. – Но какое-то время назад. Некогда было вырваться. Вот с братом приехал. Меня зовут Сережа. Можно пройти в дом?

— А вот и нет, – после паузы произнесла Мельникова. – У меня правило, я написала об этом на сайте. Только по четкой договоренности. Кто не успел, тот опоздал. Дом фактически продан, просто еще сделка не оформлена.

— Понятно, – сделал шаг вперед Земцов. – Ангелина Мельникова, предъявите, пожалуйста, свой паспорт. Я полковник МВД. Вот удостоверение.

Во двор вошли три оперативника. Мельникова метнулась в направлении стоящей во дворе машины, но Сергей виртуозно подставил ей подножку, а потом подхватил на лету. Каким-то чудесным образом задрался длинный подол с правой стороны, обнажив крепкую ногу умеренной волосатости с большим продолговатым родимым пятном на бедре.

— Да божечка ты мой, – обрадовался Сергей. – Смотри, Слава, все как Стелла и говорила. Господин Феликс без фамилии, он же – Ангелина Мельникова, разрешите дальнейший осмотр не проводить. Мы стесняемся. Для этого существуют эксперты.

— Берите его, – скомандовал оперативникам Земцов. – Клямкин и Петров остаются для досмотра дома. Хорошенько ищите, особенно стены, полы и потолки на предмет тайников. Могут быть большие суммы денег.

— Ха! – произнес Феликс. Он снял платок с бритой головы и сплюнул себе под ноги по-пацански. – А вы попробуйте что-то найти или доказать. Посмотрим, что у вас есть, кроме бреда наркоманки Стеллы.

Сергей сделал шедевральный, по его собственному мнению, снимок: крупный мужик стоит в платье и держит в руке скромный белый платочек. А выражение лица такое, что ему и материться не нужно. Все понятно.

Феликса в отделение привезли в наручниках. В коридоре уже сидела в ожидании очной ставки Стелла. Наконец она могла фоткать своего бывшего возлюбленного сколько влезет. Анфас, профиль, со спины. Пока ей не велели выключить телефон.

Личность задержанного была уже вычислена по отправленным в лабораторию отпечаткам пальцев. Федор Соловьев из Перми. Три судимости за мошенничество, из общего срока в девять лет отсидел три. И в течение следующих двенадцати лет ни разу не попадался.

— Вот что значит настоящий мошенник, – почти с уважением произнес Кольцов.

Дома под Долгопрудным, которые Феликс-Ангелина выставил на продажу, спокойно себе стояли шесть лет, оставаясь законной собственностью человека, уехавшего в Испанию. Фальшивые документы на них, бланки для сделок с печатями реального агентства недвижимости и поддельный паспорт на имя Ангелины Мельниковой стали завершающими штрихами к портрету неуловимого, а по сути банального мошенника.

— Не могу поверить, что мы повелись на истерики этой полоумной Стеллы, – устало сказал Земцов, когда Феликса увели в комнату для очной ставки. – Потратили время людей на этого щипача вместо того, чтобы искать заказчика тяжкого преступления. Не полезет этот врожденный карманник в историю с похищением, покушением на убийство, да еще с подельниками.

— Подождем, – примирительно сказал Сергей. – Послушаем эту очную ставку. По логике, такой запойный мошенник мог купиться на информацию о богатой фирме, в которой работает Ермилов, враг Стеллы. И о квартире, в которой живет мать, похоронившая сына, – ее совладелица и единственная опекунша сироты Вани.