Онлайн книга «Неживой свидетель»
|
— Вон он! Шельмец притаился между вагончиками, приспособленными под бытовку и другие подсобные помещения. В людской толчее его едва удавалось разглядеть. Здесь он расстелил газетку на переносном столике и трапезничал, расставив на ней продукты — бутылку кефира, полбатона и пару стрелок зеленого лука. Внешне мужчина ничем не выделялся — невысокий, худощавый, с невыразительным лицом, с короткой стрижкой под горшок, в строительной робе. Такому несложно затеряться в толпе. Из особых примет — разные брови: правая гуще левой и круче изогнута. Был ли это тот, кто беседовал со счетоводом Щепочкиной, сказать трудно, однако один момент указывал на то, что мужчина может оказаться бандитом, — газета. Та самая, на которой была разложена еда. В момент, когда его заметили оперативники, мужчина как раз убирал продукты со столика в холщовый мешочек, а потом стал сворачивать газету. На ней виднелась большая надпись «Коломенский рабочий». Когда Зоя Щепочкина упомянула «Коломенского рабочего», майор в недоумении задался вопросом, зачем таскать с собой газету из другого города. Затем он сообразил, что газета нужна отнюдь не для чтения. Это воровской реквизит — такой же, как накладные усы или парик. Наблюдал ли преступник за складом или за грузовиками, не суть важно. Главное — в это время держать газету в руках, изображая читающего работягу в обеденный перерыв. Или обедающего работягу, если разложить на газете продукты. Газета создавала отличный барьер между «соглядатаем» и окружающими. Если бы бандит просто таращился на грузовики, к нему бы наверняка привязался кто-то из строителей с разговорами. Быть может, пригласил бы присоединиться к компании. Слово за слово, и обнаружилось бы, что незнакомец здесь не работает. «Легенда» раскрыта, дорога на стройку заказана. Но к тому, кто поглощен чтением или обедает, лишний раз не подойдут, не побеспокоят. Пускай себе отдыхает! Полезный реквизит, ничего не скажешь. Но преступники допустили грубую ошибку, не сменив его по приезде в другой город. «Коломенский рабочий» не маскировал, а, напротив, выдавал, крича в голос: «Сюда смотрите, вот иногородний!» Стоило сразу по приезде в Москву предусмотрительно прикупить местную прессу в первом же подвернувшемся на пути киоске. Ох, тогда муровцам пришлось бы туго! Но, судя по всему, банда опрометчиво обновляла реквизит только по необходимости, то есть тогда, когда бумага истреплется от долгого использования. Пожалели пару копеек на свежий номер? Допустимо. Или просто не сочли важным? Тоже нельзя исключать, поскольку уголовники — ребятки жутко горделивые, всех вокруг считают тупицами. Для них любой порядочный человек — круглый дурак, а умный лишь тот, кто не работает, да ест. Из завышенного самомнения «коломенские» грабители могли счесть, что к надписи на газете простофили приглядываться не станут, ничего не заподозрят. В любом случае нелепая ошибка приблизила банду к разоблачению, и прямо сейчас надвигалась поимка одного из грабителей. Мужичок заметил обращенные на него взгляды, неуверенно потоптался на месте, комкая в руках газету, и внезапно юркнул за вагончики. — Стой! Милиция! — прокричали сразу несколько голосов. * * * Опергруппа пустилась в погоню. Разнобровый стремительно пронесся позади подсобок и нырнул в узкий проход между двумя возводящимися стенами, затем попытался спрятаться за штабелем досок. Капитан Ефимов успел заметить его движение, и тогда разнобровый помчался как загнанный зверь, лавируя между балками и контейнерами с цементом. Он перепрыгнул через ограждение, заскочил на строительные леса, едва не сорвавшись вниз. Внизу, у основания лесов, его уже поджидали оперативники. Преступник заметался, отчаянно петлял между лесами, перепрыгивал через груды щебня, расталкивал рабочих. |