Книга Неживой свидетель, страница 64 – Валерий Шарапов

Отправлять же по два оперативника на каждый объект нелепо. В лучшем случае они никого не обнаружат, в худшем — вспугнут преступника, а следом за ним и всю шайку. Поэтому придется действовать иначе: полным составом прошерстить все три стройки одну за другой. Решено было начать с улицы Барклая — крупной транспортной артерии, которая пересекает ряд других больших улиц района, чем предоставляет широкие возможности для свободного передвижения по Филям.

Бурцев срочно связался с начальством стройки, предупредив о планируемом угоне грузовика. Ефимов тем временем позвонил в Госавтоинспекцию, велев блокировать выезд со стройки, а заодно поставить дополнительные посты на пересечении Барклая с Кутузовской Слободой, Большой Филевской и Новозаводской.

Не ясно, какую стратегию выберет «соглядатай». Он может взвалить на плечо какую-нибудь балку и бегать с ней, изображая суету, чтобы не вызвать подозрений. А может усесться в укромном уголке, делая вид, что устроился на перекур, и следить за движением грузовиков. К сидящему больше вопросов, на него в любой момент может наброситься зоркий прораб. Впрочем, прораб может наброситься и на мнимого рабочего, бегающего с балкой: «Ну куда ты ее, грешную, потащил?! Не сюда надо, а вон туда! Да кто ты вообще такой? Я тебя здесь впервые вижу».

Нет, вариант с балкой никуда не годился. Рано или поздно преступника остановят, поймут, что он не из бригады, и решат, что незнакомец проник на стройку, чтобы стащить балку. Уж лучше сидеть на месте. Так тебя не обвинят в воровстве. А если прораб заметит «бездельника» и заинтересуется, кто это, грабитель всегда может прикинуться дурачком, который перепутал две соседние стройки. В Филях это несложно. Над дурачком посмеются и укажут, куда надо идти, чтобы найти свою площадку.

Рассуждая так, опергруппа пришла к выводу, что на стройплощадку желательно приходить ближе к обеду, чтобы не нарваться на неприятности. В обеденный перерыв сидящий и жующий булочку работяга не привлекает внимания. И водители в это время стройку редко покидают, то есть с полудня до часу — наилучший период, чтобы выбрать пустующую машину.

Часов примерно в двенадцать опергруппа въехала на огромную стройплощадку, где возводилась жилая многоэтажка. Кругом царил здоровый рабочий хаос: грохотали краны, сновали самосвалы, повсюду громоздились штабеля стройматериалов и труб, но чувствовалось, что активность затухает. То тут, то там затихали инструменты, останавливалось движение, люди небольшими дружными компаниями усаживались на кучи кирпича или бетонные блоки и доставали продукты. Бандит, вероятно, расположился подкрепиться раньше всех остальных, причем держится он особняком, ни с кем не общается. Это позволит выявить его, если он сегодня здесь.

Бурцев дал знак расходиться. Обшаривать площадку целиком не было необходимости, потому что преступнику нечего делать на участках, откуда не проглядывается стоянка грузовиков. Никого подозрительного! Не нашлось тех, кто пытался держаться незаметно, сторонился людей, прятался в укромном уголке и не сводил глаз с машин.

Битых два часа муровцы бродили по объекту. К тому моменту стройка вновь пришла в движение, загрохотала, погнала волны пыли по холодному ветру. Никто не сидел, все чем-то занимались. Оперативники уже направлялись к выходу, как внезапно сержант Варов кивнул в сторону ворот: