Книга Шиша. Изгоняющие бесов, страница 49 – Полина Луговцова

— Пользы с гулькин нос, а в придачу как минимум тыща калорий! – сказала и осеклась: что еще за «гулькин нос»?! Не было в ее лексиконе подобных словечек!

Дина покорно вздохнула:

— Не надо пастилу. Поищу что-нибудь овощное, пожалуй.

— Да не слушай ты ее, не так уж много там калорий! Пастила готовится почти без сахара, а мед тоже полезен, пользы в нем точно больше, чем вреда. И на горячее рекомендую утку, запеченную с репой. – Стас развернул меню к Дине, показывая фото блюда.

— Нет, буду только салат, – заупрямилась Дина, поглядывая на Аглаю, словно отказывалась от пастилы и мяса, опасаясь ее осуждения. Но раньше подруга не очень-то прислушивалась к ее мнению. Сколько Аглая ни напоминала ей, что пирожные и торты – это просто бомба из калорий, Дина все равно не меняла своих привычек и продолжала поглощать сладости в огромных количествах. «Значит, перед Стасом выкаблучивается», – решила Аглая и чуть не ахнула: да что ж это такое?! Откуда выскочило это «выкаблучивается»? Она никогда так не говорила и не думала!

Из-за непривычных слов, то и дело возникающих в ее мыслях, она так расстроилась, что даже в меню не заглянула, попросив подошедшую официантку принести ей то же блюдо, что заказала Дина. В результате перед ней очутилась тарелка с салатом из ершей и раковых шеек вперемешку с ломтиками соленых огурцов и горкой квашеной капусты. Что ж, лишних калорий в такой еде точно нет.

Некоторое время Стас с сочувствием смотрел, как девушки ковыряют вилками куски холодного рыбного филе, и все-таки заказал им по две порции жареной утки и медовой пастилы. Все это оказалось божественно вкусным.

Когда девушки засобирались обратно к своим рабочим местам, Стас отозвал Дину в сторону и, явно смущаясь, что-то сказал ей. Дина просияла, едва заметно кивнула и, сказав «до встречи», поспешила к Аглае, уже успевшей спуститься с помоста. Вид у нее был до приторности счастливый.

— Чего лыбишься? Никак, медовой пастилы переела? – шумно фыркнув, съязвила Аглая и почти не удивилась, обнаружив новое слово в своем лексиконе. Она была уверена, что никогда в жизни не говорила дурацкое «лыбишься». Оно, конечно, могло вырваться случайно, ведь она не раз слышала его, мелькавшее в людском говоре, но не слишком ли много случайностей за такой короткий срок? «Хлебнет лиха», «с гулькин нос», теперь вот – «лыбишься»… Будто подсказывает кто-то. От такого предположения по спине прокатилась волна мурашек. Где-то она слышала, что за левым плечом у человека может прятаться бес. На этот раз оборачиваться не стала, лишь скосила глаза на свое левое плечо. На нем лежала тень, и это при том, что они с Диной уже вышли на открытое место и лучи полуденного солнца не встречали на своем пути никакой преграды, так что и тени взяться было неоткуда. Страх заворочался внутри холодным колким комом. Показалось, что тень на плече шевелится и становится объемнее. Становится похожа на… чью-то руку с длинными пальцами, которые продолжают удлиняться и медленно тянутся к ее горлу.

Аглая замотала головой, прогоняя наваждение, и вдруг ее взгляд зацепился за мужскую фигуру, маячившую у ворот главного входа, мимо которых они как раз проходили. Мужчина был немолод и, судя по неровной походке, сильно пьян. Верхнюю часть его лица скрывала облезлая кожаная кепка, съехавшая на нос. За ним следом бежал уже знакомый Аглае контролер, кричавший что-то насчет билетов. Мужчина вяло отмахивался от него и повторял: