Книга Грязелечебница «Чаша Аждаи», страница 51 – Полина Луговцова

— Какая невероятная жестокость! – Тияна невольно содрогнулась.

— Наши предки дорого заплатили за свою свободу. Те, кто стал свидетелем тех жутких зверств и уцелел, рассказывали о них своим потомкам. С тех пор нога врага не ступала в Миран, а слухи о том, что в окрестных горах завелся дракон, многие жители сочли благословением.

— Что ж, из двух зол выбирают меньшее. – Тияна вздохнула.

Драган замолчал. Казалось, он хотел сказать еще что-то, но замялся, а потом неожиданно сменил тему:

— Хотите, я провожу вас к храму? В трапезной сейчас проходит поминальный обед, вы еще успеете.

Подумав, что Драган спешит от нее отделаться, Тияна ощутила болезненный укол в сердце, и это ее не только огорчило, но и удивило: дело ведь не в том, что она увлеклась лекцией по истории Сербии. Но в чем же? Почему-то ей решительно не хотелось расставаться с доктором.

Вероятно, почувствовав это, Драган задумчиво произнес:

— Вообще-то, вы так бледны, что едва ли дотянете до храма. Погодите минутку, я заварю вам кофе и принесу бурек. И не вздумайте отказываться!

Тияна и не собиралась.

Буреком оказался превосходный мясной пирог из нежного теста, похожего на лаваш, с острыми специями и зеленью. Драган разогрел его в микроволновке, имевшейся в крошечной кухоньке рядом с кабинетом. Тияна слышала, как он суетился там: шуршал пакетами, гремел посудой, хлопал дверцами шкафов и холодильника и, кажется, очень волновался. А ей стало неловко: никто никогда не готовил для нее еду, кроме мамы, и было это очень давно. Когда до ее слуха донесся звон разбитого стекла, Тияна не выдержала и вскочила с кушетки, собираясь отправиться на подмогу, но в этот момент в дверях появился Драган с подносом в руках. От запахов свежесваренного кофе и горячего пирога у Тияны закружилась голова. Но, может быть, не только от этого, а еще и от того, что взгляд Драгана, направленный на нее сквозь завесу ароматного пара, лучился заботой и нежностью.

Поставив поднос на стол, по периметру которого громоздились стопки медицинских карт и журналов, Драган предложил Тияне сесть в свое рабочее кресло, обтянутое коричневой кожей, а для себя придвинул один из стульев, выстроившихся вдоль стены между столом и шкафом с медикаментами. Не дожидаясь, когда доктор начнет ее уговаривать, Тияна послушно заняла предложенное место, и в поле ее зрения попала большая фотография в рамке, висевшая на стене над столом, там, где в бюджетных учреждениях принято размещать портрет президента. Тияна не очень хорошо помнила, как выглядит президент Сербии, но на фото был точно не он, да и одежда не соответствовала президентскому статусу: черная рубаха из грубой ткани, с глухим воротом-стойкой, полностью скрывавшим шею. При этом лицо этого человека показалось ей знакомым. Где-то она его видела, причем совсем недавно.

— Наш духовный отец и наставник, иеромонах Сергий, – проследив за ее взглядом, подсказал Драган, и Тияна сразу вспомнила священника, отпевавшего Йовану. Тогда на его голове возвышался монашеский клобук – черный цилиндр, к которому крепилось покрывало, ниспадавшее до середины спины. На снимке же он был запечатлен с непокрытой головой, поэтому Тияна не сразу его узнала.

Кроме портрета иеромонаха на стене висели и другие фотографии, поменьше. Тияне пришлось присматриваться, чтобы разглядеть их. На всех остальных снимках был Драган – один либо вместе с кем-то. Вот он стоит рядом с улыбающейся пожилой женщиной и тем же священником-иеромонахом; вот он в компании коллег на крыльце здания с вывеской «Bolnica» над входом – вероятно, это та самая больница, в которой сейчас находилась Тияна; а вот он, еще совсем мальчишка, снова с иеромонахом Сергием и еще с каким-то молодым мужчиной, который тоже показался Тияне знакомым – даже слишком знакомым, потому что это… Присмотревшись более тщательно, она поняла, что не ошиблась, – третьим мужчиной на снимке был ее отец!