Онлайн книга «Грязелечебница «Чаша Аждаи»»
|
Ветер принес запах ладана, и Тияна подумала, что пора бы вернуться в храм, но из его распахнутых дверей уже выносили гроб с телом Йованы: отпевание закончилось. Петра, вышедшая из храма одной из первых, поспешила к ней, взволнованно крича на ходу: — Что случилось?! На вас лица нет, господица Тияна! — Читульи, Петра… Они везде. Горничная заметила листки, которые дворник так и не убрал, подняла один и побагровела: — Неблагодарные мерзавцы! – Повернувшись к дворнику, она накинулась на него с обвинениями: – А ты здесь на что?! Почему эти гадкие бумажки по всему двору валяются?! И откуда они взялись, а?! — Ветер, – нехотя обронил дворник, ухмыляясь в бороду и лукаво щурясь. — Врешь ты все! Прекрасно знаешь, чьих это рук дело, и намеренно убирать не торопишься! — А хоть убирай, хоть не убирай, они ж по всему поселку расклеены, – сообщил дворник. — Да ну?! А может, это ты их и расклеил?! – Петра шагнула к нему, потрясая кулаком с зажатой в нем читульей. – Признавайся, ведь ты! — Во даете, мадам! – Дворник с изумленным видом отшатнулся от нее, вскидывая и выставляя перед собой метлу. Одна из женщин, проходивших мимо, неодобрительно посмотрела в их сторону и произнесла с упреком: — Что за распри вы тут учинили, уважаемые?! Не подобает так вести себя в священном месте! — Да еще в такой день! – подхватила другая. А третья вдруг встрепенулась и зашипела на своих спутниц: — Тише, вы, там же внучка Йованы! Не видите разве? Женщины сразу отвернулись и зашушукались между собой, заметно прибавив шагу. — И вам пора бы поспешить на погост, а то схоронят без вас благодетельницу! – с явным злорадством произнес дворник и, осенив себя крестным знамением, добавил: – Вечная память рабе Божьей Йоване Лютич! Петра вдохнула, собираясь что-то сказать, потом шумно выдохнула, презрительно фыркнула и, схватив Тияну под руку, поволокла ее за собой к раскрытым воротам. На кладбище среди надгробий вольготно гулял ветер, раскачивая немногочисленные корявые деревца, растущие вдоль узких аллей, выложенных плитняком, в щелях которого густо росла трава. Народ столпился вокруг свежевырытой могилы и гроба, стоявшего рядом на специальных подставках. С другой стороны могилы высился холм из комьев глины, в котором торчал, сверкая на солнце свежим лаком, массивный деревянный крест. Священник заунывно читал молитву, плавно раскачивая кадило в вытянутой руке. Завидев Тияну и Петру, пробирающихся сквозь толпу скорбящих, он так сурово глянул на них исподлобья, что у Тияны внутри все перевернулось. В толпе пронесся едва уловимый неодобрительный шепоток. Тияну охватило желание уйти, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы остаться на месте. Неприятные похоронные церемонии, начавшиеся ранним утром, длились, казалось, уже целую вечность и действовали на нее угнетающе, а теперь вдобавок появилось отчетливое ощущение враждебности, исходившей от большинства местных жителей. Это было обидно, ведь сельчане видели ее впервые и совсем ничего не знали о ней, кроме того, что она – внучка Йованы. Да и к покойной Йоване далеко не все присутствующие испытывали должное почтение и скорбели о ее кончине. У многих в глазах таилось злорадство, какое Тияна заметила и в глазах дворника. Что-то не похоже, чтобы Йовану здесь считали благодетельницей. Да и оскверненные читульи свидетельствовали о том, что у бабушки имелись ярые недоброжелатели среди жителей поселка, который она опекала. |