Книга Свадьба в Чертолесье, страница 58 – Полина Луговцова

— Придержите глаза, не то выскочат! — шутливо бросил им Мирон, проходя мимо, но его голос прозвучал слишком резко для шутки.

Вихрастый мальчишка нахально заулыбался.

— Ты что же, Мирон, жениться надумал? А чего твоя невеста сама не идет? Боишься, что сбежит?

Компания вновь взорвалась дружным хохотом.

— Много будешь знать, скоро состаришься! — усмехнулся Мирон и прибавил шагу.

В ближайшей избе скрипнула дверь, и оттуда вышла женщина лет сорока, коренастая, с круглым и румяным, как спелое яблоко, лицом. В руках у нее покачивались пустые ведра. Вероятно, она направлялась к колодцу за водой, но, увидев Мирона с его ношей, остановилась. Ее тонкие брови поползли вверх, глаза округлились от удивления, и в них мелькнуло что-то похожее на испуг.

— Мирошка! — выдохнула она, выпустив ведра, и те покатились по пыльной дороге, хлопая дужками. — Это кто же с тобой?

— Вечер добрый, Аксинья! Познакомься с моей невестой, ее зовут Алиса, — ответил Мирон.

Женщина растерянно заморгала. Ее взгляд соскользнул с его лица вниз, к ногам Алисы, безвольно висевшим в воздухе, и задержался там на мгновение, а когда поднялся обратно, в нем сквозил ужас. Так смотрят на человека, который принес в дом заразу.

— А Ульяна-то, бабка твоя, уже знает? — Она кивнула в сторону дальней избы, приткнувшейся к самому лесу. — Ты у нее благословения просил?

Мирон не знал, что ответить, но ответа ей и не требовалось. Всплеснув руками и сокрушенно покачав головой, Аксинья подхватила ведра и торопливо зашагала куда-то. Проследовав мимо колодца и даже не взглянув на него, она постучалась в соседнюю избу и спустя миг скрылась за отворившейся дверью.

— Ну все, сейчас новость разлетится по деревне быстрее, чем в интернете! — усмехнулся Мирон, продолжая свой путь.

— Это из-за того, что я калека, — упавшим голосом произнесла Алиса. — От таких, как я, одни проблемы, а кому они нужны?

— Да ты не обращай внимания на Аксинью! Не знаю, какая муха ее укусила. Люди у нас в деревне добрые, никогда дурного слова не скажут, а если и скажут, так я отвечу. Не бойся, все у нас будет хорошо, вот увидишь, — успокаивал ее Мирон, а у самого на душе кошки скребли. Он не понимал, почему Аксинья повела себя так странно. Ему казалось, что ужас в ее глазах не был связан с недугом Алисы. Это было что-то другое. В отдаленном уголке его сознания забрезжила смутная догадка. «Аксинья смотрела на Алису так, будто уже видела ее раньше и вспомнила что-то плохое, связанное с ней. Но как такое возможно? Ведь Алиса никогда здесь не была, и вряд ли Аксинья могла где-нибудь ее видеть», — размышлял он, отгоняя нарастающее беспокойство.

Изба, где Мирон жил с бабушкой Ульяной, стояла на отшибе, прижавшись к стене леса, и, чтобы добраться до нее, нужно было пройти через всю деревню. Он шел, чувствуя, как тяжелые взгляды односельчан устремляются к ним с Алисой со всех сторон. Кто-то украдкой выглядывал из окна, прячась за занавеской, но большинство жителей выходили из домов и наблюдали за ними, стоя на крыльце или у калитки. Некоторые сбивались в кучки и перешептывались — старухи в темных платках, похожие на ворон; мужики с грубыми, будто вырубленными из дерева лицами; молодухи с бледной кожей и длинными косами. Односельчане опасливо косились на Алису, как на существо из другого, враждебного мира, о котором они слагали легенды и от которого прятались после заката в своих домах, запираясь на все засовы.