Онлайн книга «Психотомия»
|
Максим слышал лишь приглушённый гул голоса в подъезде, но не разбирал слов. Да и не особо желал подслушивать. Через пару минут отец вернулся с каким-то холодным оживлением в глазах. Протасов заговорил спокойно, как-то даже добродушно и без единой нотки упрёка. Он объявил, что сына в Москве ждёт работа – не практика, не стажировка, а настоящая, оформленная, с окладом. Должность называлась «медицинский аналитик», что уже звучало достаточно солидно. Суть работы Протасов изложил тем же ровным, методичным тоном, каким когда-то объяснял сыну склонение латинских существительных. В крупном столичном центре внедрена система аудиомониторинга – все приёмы пишутся, и кто-то должен эти записи слушать. Максиму предстояло прослушивать их удалённо, сверяя слова и интонации врачей с готовыми чек-листами. Представился ли доктор? Выяснил ли все жалобы? Доступно ли объяснили диагноз пациенту? Никаких пациентов, никакой писанины, никаких шприцев и журналов – только наушники, экран и таблица с галочками. — Работа для усидчивых, в общем, – хлопнул отец по плечу Максиму и добавил: – Послезавтра вылетаешь в Москву! — Ага, понял… – ответил Максим, втягивая воздух носом, не отрывая взгляда от стены. * * * Самолёт оторвался от земли, унося Максима от прошлого с той же резвостью, с какой он когда-то покидал наркодиспансер или приёмный покой. Только на этот раз за спиной не было груза стыда – лишь пьянящее ощущение нового старта. Всё было готово: ключ от съёмной квартиры лежал в кармане, а навигатор уже проложил маршрут от аэропорта до квартиры, в которую его впустила женщина, мельком сфотографировавшая паспорт. Женщина эта показалась Максиму странной и даже несколько пугающей. Остролицая, с узкими скулами и глубоко посаженными глазами, которые смотрели чуть мимо собеседника, будто фиксировали что-то за его спиной, что-то невидимое и только ей известное. Уходя, она остановилась в дверях и обернулась – долгим, то ли оценивающим, то ли подозрительным взглядом посмотрела на растерявшегося Максима и молча хлопнула за собой дверью. На следующее утро он стоял в громадном светлом холле многопрофильного государственного центра. Главный врач, встретивший его в кабинете с видом на больничные корпуса, оказался не менеджером в галстуке, а крепким седеющим руководителем с уставшим, но пронзительным взглядом. Он молча окинул Максима изучающим взором, в котором Протасов уловил плохо скрываемое недоумение и презрение к самой сути его будущей работы. Максим отвёл глаза, уставившись на стену с почётными грамотами. — Протасов, значит… – начал он, не представляясь. – Ваша задача следующая. У нас теперь внедрена система аудиомониторинга. Вы будете прослушивать записи приёмов из городских поликлиник. Ваша работа – аналитик коммуникации. В сводках отмечаете этапы диалога: установил ли врач контакт, представился ли, выяснил ли жалобы, доступно ли разъяснил диагноз и лечение, попрощался ли. Также фиксируете нарушения: грубость, сложную терминологию, невнимание к вопросам пациента. Всё строго по критериям. Ежедневный отчёт к десяти утра. Вопросы? — Ага… — Что «ага»? – уточнил главврач, прищурившись поверх очков. — В смысле… вопросов нет. — Тогда свободны. Максим кивнул, развернулся и шагнул в коридор, услышав сквозь закрывающуюся дверь причитания главврача: |