Книга Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа, страница 17 – Салли Минн

— Против неё самой.

— Ладно, — сказал он, и в его голосе прозвучало что-то среднее между гордостью и паникой. — Теперь у нас точно нет пути назад. Готовься: дело Кан Тэо громкое, пресса набросится на него с новой силой, а заодно и на тебя. Минимум неделю от журналистов не продохнёшь.

— Прекрасно. Обожаю внимание прессы.

— Врёшь ты складно, — хмыкнул он. — Отдохни вечером. Завтра дел будет по горло.

Я пообещала — прекрасно понимая, что вечер у меня уже занят: подробный допрос моего нового клиента с пристрастием.

* * *

Спускаясь к машине, я не удержалась и открыла телефон — хотелось проверить, не появилось ли уже чего-то по делу, хотя с момента оглашения прошло от силы полчаса. Вбила в поиск: «Кан Тэо слушание».

Первая же строчка результатов заставила меня остановиться посреди тротуара:

«Кан Тэо променял проверенного адвоката на твидовую куклу — и чуть не поплатился разбитой головой прямо в зале суда»

Я моргнула и открыла вторую ссылку. Та тоже не отставала:

«Слушание или открытый микрофон? Новый защитник шеф-повара явно перепутала зал суда со сценой стендап-клуба»

— Что за ерунда, — пробормотала я, не веря своим глазам, и продолжила листать.

Третья статья добила окончательно:

«Источники: домашний арест Кан Тэо дали бы при любом раскладе — это не мастерство защиты»

Я долистала до конца третьей статьи, чувствуя, как щёки заливает совершенно неадвокатский румянец. Про «везение, а не мастерство» можно было бы поспорить, но спорить в интернете с анонимными источниками ещё никому не помогало выиграть дело.

— Вот уроды, — вырвалось у меня вслух. — Я вам покажу твидовую куклу. Я акула!

Последнее слово получилось куда громче, чем я рассчитывала.

— Акула? — донёсся откуда-то сбоку насмешливый голос. — А голос как у креветки.

Я обернулась. У машины, скрестив руки на груди, стоял следователь, тот самый, что был в комнате допросов вчера вечером, и с нескрываемой усмешкой наблюдал за моим маленьким публичным позором.

— Что вы здесь делаете? — спросила я.

При дневном свете следователь выглядел значительно лучше, чем в тот вечер, когда мы впервые столкнулись в участке, — высокий, спортивный, судя по тому, как ладно на нём сидела одежда, не такой измотанный, а щетины, с которой он тогда расхаживал, как не бывало: успел побриться. Кожаная куртка на нём смотрелась дорогой, брендовой — не по карману рядовому следователю. На вид ему было слегка за тридцать. Не знай я, что он из полиции, приняла бы его за актёра, играющего благородных детективов в сериалах, а не за того, кто гоняется за настоящими преступниками.

— Пришёл посмотреть на процесс, — сказал он, не отрывая взгляда от здания суда за моей спиной. — Надеялся, что сегодня вашего клиента наконец отправят туда, где ему самое место. А вместо этого явились вы и всё испортили.

— Защищаю преступников, хотите сказать?

— Ваши слова, не мои.

Я взглянула на часы — сегодня мне хотелось бы побыстрее закончить все личные дела и поехать к Тэо.

— Я хорошо разбираюсь в людях, — сказала я. — И уверена, что Кан Тэо не преступник. Он слишком горд, чтобы травить человека тайком и оставаться в стороне. Характер отвратительный, не спорю. Но не преступник.

Следователь поднял бровь.

— Хотите сказать, что если бы он всё-таки решил кого-то отравить, то непременно остался бы полюбоваться результатом лично?