Книга Ведьмы Шервудского леса, страница 138 – Ксения Шкуренко

Приходя в обеденный зал, я забивалась куда-нибудь в угол и ела в одиночестве. Киллиан предпринял ровно одну попытку подсесть ко мне, но тогда я встала из-за стола и вышла из зала толком не позавтракав.

На парах я даже не смотрела в его сторону. К счастью факультатив с Байроном лишь послезавтра, так я хотя бы успею придумать, как лучше объяснить ему свое поведение.

В свободное время, как, например, сейчас, я пряталась в библиотеке.

Я поняла, что не такая, как другие девочки, еще в детстве, до поступления в Институт. Они заставляли мальчишек играть в «семью», а когда роль жены выпадала мне, я чувствовала себя не в своей тарелке, хотя моим мужем тогда был Джошуа, парень, по которому пускали слюни все соседские девчонки.

Но с настоящими проблемами я столкнулась, попав в Институт Кроули. Мальчик со второго курса, по имени Бен Айзекс, счел меня привлекательной и пригласил на пикник. У него были выразительные голубые глаза и густые темные кудри, уложенные с боковым пробором. Мне нравился этот парень, я думала о нем перед сном и даже представляла всякое, от чего в животе становилось тепло. Но когда пришло время для нашего первого поцелуя, я не почувствовала ровным счетом ничего из того, что себе навоображала. В другой раз Бен был более настойчивым, однако менее деревянными мои губы от этого не стали. Я рада, что именно Бен Айзекс украл мой первый поцелуй, но меня огорчает, что он растрепал о наших ужасных поцелуях своей младшей сестре, Клариссе, и именно с этого начался первый шейминг в моей жизни.

Почти сразу после Бена со мной случился Оливер Берч. Наверное, это странно, но после него я перестала бояться того, что следует за поцелуями. Я спокойно относилась к близости с понравившимися мне студентами, но вот качество этой самой близости оставляло желать лучшего... И, возможно, я бы пожалела всех парней за тот жуткий опыт, что им довелось со мной пережить, если бы не одно «но». От Присциллы я узнала, что в Институте появился неофициальный клуб: «Сюзерен для Авроры». В этом клубе парни ставили себе цель переспать со мной, а затем обсуждали свои достижения, либо же их отсутствие. Клуб перестал функционировать, когда о его существовании узнал Тео. Ухажеров в моей жизни тогда значительно поубавилось, а мультфильм «Спящая красавица» вошел в мой личный черный список.

Оглядываясь на все неудачи и беды прошлого, на все насмешки и унижения, на все напрасные попытки, я с трудом верила, что всему виной был один человек.

Мать Киллиана Кавальере.

С Киллианом я ощущала жизнь так, словно мои чувства кто-то выкрутил на сто процентов. Я научилась плакать просто потому, что мне было грустно. Поверила в то, что я не сломанная, не дефектная, и не отвратительная. Почувствовала себя желанной и впервые в жизни желала кого-то сама, и мое тело откликалось на это желание. Но можно ли считать это чем-то благим, если и над моими чувствами, и над чувствами Киллиана стояла врожденная ворожба, от которой невозможно избавиться?

Я отложила книгу, которую так и не начала читать, и вышла в коридор к настенному телефону. Сняв трубку, я набрала номер. Гудок. Второй. Третий.

— Алло? — раздался низкий и спокойный голос дяди Генри.

— Здравствуйте, это Люсильда. Можете позвать к телефону Шона?