Книга Ложь за ложью, страница 66 – Софи Става

Я мотаю головой.

— Вайолет сказала, ты покажешь мне основы… — Смотрю на веревки в его руках. — Похоже, тут как в макраме: все начинается с веревочек. Никогда раньше не ходила под парусом.

— Конечно, покажу с удовольствием.

Его улыбка становится шире, обнажая белые зубы. Похоже, мой интерес его искренне радует.

Я улыбаюсь в ответ.

— Так… — Поднимаю взгляд на паруса, веревки и блоки. — Ничего не понятно.

Он смеется.

— На самом деле все просто. Начнем с азов, — говорит он и указывает на деревянную палку позади нас. — Это румпель. Им управляют.

— Ясно, — киваю я.

— Ну давай, — говорит он, будто бросая мне вызов.

Я нерешительно тянусь, обхватываю палку пальцами и снова смотрю на него.

— Крепкая хватка, — насмешливо говорит он.

По всему телу разливается жар, я краснею. Он ухмыляется шире, прикусывает губу. Господи, до чего же он красив! Я прижимаю тыльную сторону ладони к пылающей шее. Он что, флиртует со мной?

— А это, — Джей указывает на веревки, не переставая улыбаться, — шкоты. Каждый шкот контролирует свой парус. Это, — он указывает на парус прямо перед нами, — грот. Передний парус, ближе к носу, — стаксель. Так что, если хочешь подвинуть грот, тяни грота-шкот; если стаксель — то стаксель-шкот. Уловила суть?

Я сглатываю, изо всех сил пытаясь справиться с румянцем, и выдавливаю:

— Ага, вроде все логично.

Он показывает гик, от которого, оказывается, нужно держаться подальше, — ненароком может снести за борт. Потом мы смотрим штаги и ванты, похожие на стальные тросы, и фал, который выглядит как еще один трос.

— Усваиваешь? — спрашивает Джей.

— Угу, — киваю я как можно убедительнее.

На самом деле ничего я не усваиваю. Мне трудно сосредоточиться на чем-то ином, кроме того, что его рука раз за разом касается моей.

— Отлично. Собственно, ходить под парусом очень просто. Есть несколько базовых правил. Во-первых, прямо против ветра идти нельзя. Так что если мы хотим туда, — он указывает вперед, — то придется идти галсами — под углом в сорок пять или пятьдесят градусов к ветру то влево, то вправо. Это называется «лавировка». Для нее как раз нужны те снасти, о которых я говорил.

— Это далеко не очень просто. Звучит как урок математики.

Джей смеется.

— Даю слово, это проще простого, когда вникнешь. Вспомни, как ловко ты справилась с румпелем.

Он подмигивает.

Я снова краснею, ноги становятся будто ватные.

— Я серьезно, — говорит он. — Увидишь сама. Готова попробовать?

Он отступает на шаг и жестом предлагает мне встать на его место.

— Чего? Ни за что! — Я протестующе мотаю головой, выставляя вперед ладони. — Я же нас всех ко дну отправлю! Будет «Титаник», вторая часть!

Джей улыбается, моя паника его забавляет.

— Я тебе все покажу, — говорит он. — Научиться можно только с практикой. И, к счастью для всех нас, в Ист-Ривер айсбергов нет. Давай хватай веревку. — Он протягивает ее мне. — Правая рука над левой.

Я подчиняюсь без особого энтузиазма. Хотя, по правде говоря, если бы он велел мне прыгнуть за борт с кирпичом на ноге, я бы, наверное, и это сделала.

— Есть, капитан!

Веревка толстая, плетеная, тугая в руках.

— Так? — бросаю взгляд на него через плечо.

— Чуть повыше.

Джей делает шаг и обхватывает меня сзади. Затем кладет руки поверх моих на веревке и двигает ими вверх. От его прикосновения и близости наших тел сердце колотится как бешеное.