Книга Ложь за ложью, страница 115 – Софи Става

Но прежде чем та успевает ответить, на лестнице раздаются шаги. Мы все оборачиваемся и видим Джея, спускающегося в гостиную.

Улыбка на моем лице костенеет. С чего я решила, что он не спустится? Глупо! Надо было раздать фруктовый лед и предложить всем выйти на веранду. Блин!

— Энн-Мари, — быстро говорю я, — это Джей. Отец Харпер. Джей, это Энн-Мари, а на террасе с Харпер — Клэр и Руни. Они живут в соседнем доме.

— Приветствую, — говорит Джей, пересекая гостиную и заходя на кухню, чтобы пожать руку Энн-Мари. — Я просто спустился, чтобы взять попить. — Он одаривает ее своей широкой улыбкой кинозвезды. — Приятно познакомиться.

Энн-Мари машинально поправляет волосы, убирая прядь за ухо.

— Взаимно, — говорит она, улыбаясь в ответ.

Джей вдруг склоняет голову набок.

— Кажется, я вас видел утром? Вы бегали?

— Вполне возможно, — оживляется Энн-Мари. — Стараюсь пробегать пару километров до завтрака.

— Каждый день? — спрашивает Джей с нескрываемым восхищением.

Энн-Мари кивает, и на щеках ее проступает легкий румянец.

— Стараюсь. Когда как получается. Но если встану пораньше, могу и все десять пробежать. Я даже в Бостонском марафоне когда-то участвовала. Я там училась. В Бостонском университете. Хочу на следующий марафон попасть, весной.

— Ого! — восклицает Слоун, пока Джей кивает с видом знатока.

— Это хороший повод вырваться из дома, — продолжает Энн-Мари. — Фитц, мой муж, включает детям мультики, как только они просыпаются, — мол, каникулы же. А потом их не оторвать от телевизора, просто кошмар. Так что, я считаю, пусть сам расхлебывает. Его проблемы, короче говоря. А вы сами бегаете?

Мы со Слоун качаем головами, но от Джея доносится утвердительное мычание.

— Когда позволяет время, — говорит он. — Так-то я обожаю бег. Вообще, собирался пару пробежек устроить, пока мы здесь.

Я изо всех сил стараюсь не закатывать глаза. Не помню, чтобы он хоть раз шнуровал беговые кроссовки с момента нашего переезда в Нью-Йорк. Но Джей такой предсказуемый, не упустит шанса обласкать вниманием собеседницу. Тем более что Энн-Мари сама дает ему повод.

— А вы присоединяйтесь! — говорит она.

— Возможно, возможно, — задумчиво кивает Джей. — Во сколько вы начинаете?

— Около семи, — отвечает Энн-Мари. — Пока не слишком жарко. И пока эти обезьянки не начинают требовать завтрак. Фитц не сможет пожарить яичницу, даже если от этого будет зависеть его жизнь. — Она закатывает глаза. — Кстати, о голодном Фитце — нам пора, пожалуй. Он скоро вернется с гольфа и будет ныть про ужин.

— А мне пора наверх, — говорит Джей с улыбкой. — Работа сама себя не сделает. — Он достает из холодильника банку газировки. — Искренне рад, Энн-Мари. Возможно, увидимся завтра утром.

Он улыбается, машет, и мы втроем смотрим, как он поднимается по лестнице. Я с облегчением выдыхаю — слава богу, Джей не сказал ничего такого, что могло меня разоблачить.

— Мой муж ни разу не бегал со мной, — с легким смешком говорит Энн-Мари. — Может, Джей с ним поговорит? — обращается она к Слоун. Затем распахивает дверь с сеткой на террасу. — Дети! Пора домой!

Мы провожаем их до входной двери. Харпер и Клэр уже не разлей вода, о чем-то хихикают между собой.

— Спасибо за угощение! Вы сказали «спасибо», ребята? — напоминает Энн-Мари детям на выходе. Потом нам: — Завтра снова на пляж?