Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 88 – Виктория Рэд Харт

Игнис уставился на рисунок. Пламя — черное, с рваными краями, похожее на то, что иногда вырывалось из него.

— И как его получают? — спросил он тихо.

— Легенды говорят, что нужно принести жертву. Человека. И провести ритуал, — Олдрик говорил спокойно, будто обсуждал погоду. — Но это всё сказки, Игнис. Никто не видел живого носителя.

— До тебя, — добавила Сапфира.

Игнис отшатнулся.

— Вы шутите? Это не мой огонь. Я не приносил в жертву никого. Я просто... я родился с ним. Кажется, он появился после...

Он замолчал.

— После чего?

— После того, как в восьмилетнем возрасте случился тот приступ. Это не я, — повторил он. — Это какая-то ошибка.

Олдрик и Сапфира переглянулись.

— Может быть, — согласился Олдрик. — Но черные всполохи у тебя есть. И они опасны. Не только для нас — для тебя тоже. Если ты не научишься их контролировать...

Он не договорил. Игнис понял.

Они расстались. Олдрик обещал еще поискать информацию о черном огне.

Алый вышел из эзотерического корпуса на ватных ногах. В голове шумело.

Черный огонь. Жертва. Ритуал.

И он носитель.

* * *

Вечер опустился на академию сырой, промозглой темнотой. В окна лазарета стучали капли дождя, и где-то вдалеке громыхал гром. Игнис пришел к Эльзе, едва переставляя ноги. Всё еще бледный, с темными кругами под глазами, он тяжело опустился на стул у ее стола.

Лазарет был пуст. Начиналось ночное дежурство. Игнис рассказал всё про лабораторию, про фолиант, про черный огонь, про жертву. Говорил сбивчиво, почти зло, комкая в руках край рубашки, не глядя ей в глаза.

А Эльза слушала, поджав губы. Ее пальцы замерли на кружке с чаем, не донеся ее до рта. Она ждала, пока он выговорится, пока последние слова повиснут в воздухе. А потом усмехнулась иронично, от такой усмешки Игнис иногда бесился, а иногда благодарно вздыхал.

— Если кто-то пытался убить тебя в академии, — сказала она спокойным голосом, но в нём чувствовалась сталь, — где гарантия, что он не пытался сделать это и раньше? Как проверить, тот ли это огонь? Пошли спросим и узнаем.

— Куда? — опешил Игнис.

Он поднял голову, и в его глазах мелькнул страх перед тем, что он мог узнать.

— К твоей семье, конечно. Если кто-то из них проводил ритуал, должны остаться следы. Артефакты, записи, свидетели. Или хотя бы реакция, когда ты спросишь.

— Спрошу? — Игнис нервно сглотнул, кадык дернулся. — Ты предлагаешь мне прийти домой и спросить: «Кто из вас пытался меня убить черным огнем?».

— Почему нет? — Эльза пожала плечами, отставляя кружку и подаваясь вперед. — Ты же теперь сильный. И у тебя есть я. И я не дам тебя в обиду.

Игнис смотрел на нее и не знал, смеяться или плакать. В ее глазах горел тот самый огонь, которого ему так не хватало, спокойный, уверенный, опасный.

— Ты сумасшедшая, — заключил он.

— Знаю, — ответила Эльза, чуть улыбнувшись уголками губ. — Но это наша единственная зацепка. Решайся.

Алый решился. Потому что не мог больше жить в неведении. Потому что тишина и неизвестность душили его сильнее, чем любой черный огонь.

За окном хлынул ливень. Эльза подошла к подоконнику, задернула шторы, зажгла еще один магический светильник, в комнате стало уютнее, теплее. Эльза рассказала про то, что эдильгийцы, видимо, хотели убить ее, отравив дурманом. И при этом подставить Лориэна, он был с ними в сговоре. Она говорила спокойно, без надрыва, будто пересказывала чужую историю.