Книга Как не влюбиться в ведьму, страница 28 – Джо К. Тейт

По лицу Ричарда пробегает тень, и я тут же жалею о своем вопросе. Он несколько раз быстро стучит тростью по земле, и набалдашник загорается мягким светом. На мой взгляд, недостаточным, поэтому я призываю шарик магсвета. Ричард выдыхает с явным раздражением. Осуждает, что использую магию в бытовых целях? Но от одного шарика света я свой магресурс не исчерпаю, зря волнуется.

— Он путешествует.

— А твои родители?

Ричард кривит губы. Я замечаю над верхней небольшой тонкий шрам. Интересно, где он его получил?

— Ты всегда такая любопытная?

— Да.

Он закатывает глаза. Меня от этого так и тянет дернуть его за прядку волос, снова выбившуюся из хвостика на затылке. Похоже, наши волосы одинаково непослушные, мои тоже никак не хотят держаться в косах. Приходится переплетать по несколько раз в день.

— И тебе ни разу не говорили, что некрасиво задавать такие личные вопросы незнакомцам?

— Но мы знакомцы! – Я показываю на себя, а потом на него. – Я – Хейзел, очень талантливая ведьма, а ты – Ричард, с классным дедушкой и потрясными скулами.

— Прямо-таки очень?

Я быстро киваю, прикусив кончик языка. Вот зачем я опять про скулы? Хотя они и правда у него ну просто глаз не оторвать. Еще и выбрит гладко, руки так и тянутся провести по щекам, проверить, действительно ли его кожа такая нежная, какой кажется на вид.

— Ладно, ты прав. – Я вытираю взмокшие ладони о штаны. – Слишком много вопросов. Ты, конечно же, не обязан отвечать. Просто я, когда волнуюсь, начинаю много болтать, – признаюсь я нехотя и тут же быстро добавляю: – И нет, все планы в силе. Это хорошее волнение, приключенческое!

В подтверждение своих слов я черчу в воздухе защитную формулу, поправляю сумку на плече и смело шагаю вперед.

Едва моя нога касается кладбищенской земли, как на нас обрушиваются звуки. То, что раньше казалось неподвижной темнотой, теперь рычит, подвывает, а за надгробиями и кустами вспыхивают чьи-то серебристые глаза.

— Насколько много здесь призраков? – шепчу я.

— А как ты думаешь, если понадобились ворота три метра высотой, чтобы их сдержать?

Так и хочется дать ему подзатыльник, чтоб не ерничал, но есть проблема поважнее: я не вижу роз.

Мы идем по узкой дорожке вдоль плотного ряда надгробий. Некоторые сколоты, заросли сорняками и покрылись паутиной, у других лежат засушенные цветы и свечные огарки с лужицами застывшего белого воска.

Дорожка усыпана сиреневыми лепестками глициний, сорванных ветром. Рядом розовый олеандр и белые цветки магнолии…

— Первый раз вижу кладбище, похожее на сад.

— Пока дедушка жил здесь, он ухаживал за кладбищем, надеясь таким образом задобрить призраков. Он искал цветы, чтобы немного их успокоить. Надеялся, что тогда они перейдут в загробный мир добровольно.

— Для такого больше подходят дубы. Но все же лучше мертвых упокоить, нечего им живых тревожить.

С одного из надгробий, хлопая крыльями, взлетает нокс, его оглушительный вскрик вплетается в какофонию стонов и завываний. Кожу начинает покалывать могильным холодом. Если бы не защитное заклинание, скорее всего, мы бы уже с визгом уносились прочь, подстегиваемые иррациональным ужасом, или потеряли сознание.

Среди других звуков один выделяется сильнее – равномерный стук лопаты о камень. Я оглядываюсь и жестом прошу Ричарда остановиться.