Книга Танцовщица для небесного бога, страница 33 – Ната Лакомка

— Покажу, если позволишь прикоснуться к тебе.

— Что⁈ И не мечтай об этом!

Анджали гневно отвернулась, готовая уйти, но гандхарв не бросился за ней и не стал умолять передумать. Выждав немного, девушка оглянулась. Гандхарв глядел на нее исподлобья и уступать не собирался.

Досадливо передернув плечами, Анджали подозвала его пальцем

— Хорошо, — согласилась она, понизив голос и оглядываясь. — Прикоснуться позволю. Но только прикоснуться, и только к тому месту, которое сама укажу.

— Согласен, — ответил он немедленно.

— Разрешу потрогать мою ногу от щиколотки до колена.

— Согласен.

Они встретились, как и в прошлый раз, ночью, и пробежали до самой виманы, никем не замеченные.

Коилхарна открыл двери плоским ключом и хлопнул в ладоши, зажигая свет.

— Хочешь опять посмотреть на город? — спросил гандхарв, но Анджали сейчас не интересовали волшебные камни, показывающие площадь Тринаки и окрестности.

— Останься здесь, — велела она, — я пойду в комнату богов.

Вопреки ее ожиданиям, гандхарв не стал ее удерживать, и она пошла знакомым путем, по темному коридору к той самой комнате, где впервые увидела царя богов. Вытянув руку, она остановилась лишь когда коснулась легкой ткани. Прислушавшись, Анджали разочарованно вздохнула — в комнате было тихо. Выждав немного, девушка хлопнула, призывая свет воссиять, и под потолком зажглись несколько светильников.

Здесь все было, как в прошлый раз. Постель-ракушка с алыми и белыми простынями, мягкие ковры на полу и стенах, но не было царя богов и его прекрасной возлюбленной. Анджали не осмелилась прилечь на ложе, но коснулась его ладонью, ощущая прохладную шелковистость. Простыни и подушки пахли курительными благовониями, в корзине на столе были насыпаны свежие цветочные лепестки — все было готово к приходу царя, если он пожелает уединиться. Или провести ночь любви.

Анджали прошлась по комнате, разглядывая любую мелочь — цветочные узоры на подушках, статуэтки танцовщиц, серебряный поднос, на котором стояли курильницы с сандаловыми палочками. Все было изящно, красиво и утонченно. Воспитанная на почитании красоты, Анджали не могла не поддаться очарованию этого места. Как все здесь отличалось от хижины, которую они с Хемой и Ревати делили на троих. И даже дома наставниц по сравнению с этими покоями представлялись сейчас убогими лачугами.

«Как я хотела бы жить тут, — подумала она, не находя в себе сил, чтобы уйти. — Жить, как боги — вот это настоящее счастье!»

Она вернулась к Коилхарне, погруженная в размышления.

— Ты увидела, что хотела? — спросил он.

— Да, — ответила Анджали рассеянно. — Пойдем…

Но гандхарв не торопился уходить.

— А моя награда? — спросил он.

— Награда? — переспросила Анджали, совсем забывшая об уговоре.

— Ты обещала.

— Обещала… — девушка нехотя распахнула складки шаровар, открыв ногу до колена: — Только быстро, понял?

Коилхарна не слышал ее резких слов. Он смотрел на стройную девичью ножку, белевшую в полумраке виманы, словно перламутр, и задышал тяжело, словно поднимался в гору.

Вот он опустился на колени и осторожно, точно боясь обжечься, коснулся щиколотки, скользнул ладонью по крутой икре, ощущая шелковистую гладкость кожи.

Анджали следила за ним настороженно, но прикосновения не были ей противны. Конечно, с ласками царя богов невозможно сравнить прикосновения ничтожного гандхарва, но они тоже дарили тепло и заставляли сердце трепетать.