Книга Мама на замену, страница 12 – Варя Нуан

— Я докажу этой суке, я не дебил. Понял? Она придет сюда в четыре часа, начнет тыкать меня носом в пробелы. Хрен ей. Я решил все пункты.

— Вера Сергеевна профессионал, Никита.

— Плевать, кто она! Она думает, испугает меня своими формулами. Я швырну ей тетрадь в лицо, пусть подавится своей семеркой за четверть.

Парень врет сам себе. Пальцы сжимают карандаш так сильно, белеют суставы. Он ждет ее. Ждет этого визита с самого утра, считает гребаные минуты, привел себя в порядок, вымыл голову, открыл чертов учебник. Чужой взрослый человек сказал фразу «Я приду в четверг» — и пацан зацепился за это обещание как за спасательный круг.

— Если тебе нужна помощь с теоремами, я могу посмотреть.

— Ты? — Никита кривит рот в насмешке. — Ты умеешь только сметы согласовывать да взятки чиновникам совать. Оставь формулы тем, кто шарит.

Он захлопывает учебник с глухим хлопком, поднимается со стула:

— И не вздумай сегодня торчать в коридоре, пап. Твое слюнотечение выглядит жалко.

— Никита.

— Вали на свою стройку. Мы сами разберемся.

Он уходит в свою комнату, аккуратно прикрыв дверь. Без грохота. Без мата.

Я смотрю на оставленный на столе стакан с недопитым апельсиновым соком. Сын меняется на глазах. Дистанция между нами растет, превращаясь в глубокую пропасть. Он не подпускает меня к себе, но готов открывать дверь чужой женщине.

Я принимаю решение. Вмешиваться нельзя. Любой мой шаг сейчас разрушит этот хрупкий, кривой мостик, выстраивающийся между парнем и репетитором. Моя роль — обеспечить тыл, заплатить деньги, уйти с траектории.

Беру с вешалки пиджак, натягиваю пальто.

День на объекте тянется мучительно медленно. Стрелки на часах ползут с черепашьей скоростью. Тринадцать ноль-ноль. Четырнадцать тридцать. Пятнадцать сорок пять.

В шестнадцать ноль-ноль я сижу во временном вагончике на набережной, глядя на чертежи опор моста. Внутри шевелится темное, неконтролируемое беспокойство.

Она сейчас там.

Вера поднимается на тринадцатый этаж. Звонит в дверь. Никита открывает ей замок. Она входит в прихожую, стягивает с плеч кашемировое пальто, обнажая тонкую шею, белую гладкую кожу ключиц. Ее узкая юбка обтягивает бедра при каждом шаге. Она садится рядом с моим сыном за один стол, пахнет миндалем, говорит своим низким, порочным голосом.

Пальцы сминают чертежную бумагу в ком.

Ревность? Дикая, идиотская, бессмысленная ревность к четырнадцатилетнему пацану, завладевшему ее вниманием на законных основаниях. Женщина зацепила меня крюком под ребра. Холодная сука, умеющая держать удар.

В шестнадцать сорок пять телефон на рабочем столе вибрирует входящим сообщением.

Номер Веры.

Открываю уведомление с короткой задержкой дыхания:

«Илья Владимирович. Домашнее задание выполнено в полном объеме. Присутствует врожденная математическая интуиция при слабой теоретической базе. Рекомендую увеличить интенсивность до трех раз в неделю. Жду вас дома. Нам необходимо поговорить без Никиты».

Внизу живота разливается тяжелая, тягучая волна жара.

«Жду вас дома».

Хватаю со стола ключи от внедорожника. Вылетаю из вагончика на ледяной октябрьский ветер, игнорируя оклики главного инженера.

— Илья Владимирович, арматура пришла, надо подписать накладную!

— Завтра, — бросаю через плечо.

Прыгаю на водительское сиденье, жму педаль газа в пол. Мотор взвывает, срывая колеса в занос на мокром щебне. Машина вылетает на городскую магистраль, лавируя между грузовиками и автобусами.