Книга Код 93. Районы, страница 80 – Оливье Норек

Спокойствие, которое Фарель прочел в глазах того, который подошел ближе всех, сбивало с толку. На руках у громилы были неудачные татуировки, набитые дома или в тюрьме, – дерганая линия, неравномерный цвет. Скорее проницательный, чем уверенный взгляд светло-серых глаз, яснее ясного говорящий: все, что Фарель попытается сделать, будет ошибкой. Громила кивнул на кейс. С покорной улыбкой Фарель протянул ему свой ноутбук. Оставалось только подчиниться – иначе он лишился бы нескольких зубов, причем с тем же результатом.

Мужчины развернулись и двинулись прочь, оставив его с хулиганом-учеником, который все подпрыгивал, пытаясь унять свое возбуждение. Удивленный парнишка смотрел, как старшие товарищи удаляются, с таким видом, словно его лишили десерта. А потом, развернувшись к Фарелю, как будто это его вина, нанес ему прямой удар, который тяжело влепился между носом и деснами. Хулиган буквально изрыгнул «idi u picku materinu»^[31], словно харкнул на распростертого на земле человека. Глаза журналиста заволокла белая пелена; потом цвет понемногу восстановился, звук тоже. Фарель утер выступившие от боли слезы и спустя десять секунд снова стал воспринимать окружающий мир.

* * *

В «Музыкальном кафе» Фарель поневоле посмеялся над собой. В одной руке виски без льда, в другой бумажный носовой платок, которым он пытался унять льющуюся из носа кровь. До него только сейчас дошло, насколько уморительной была бы ситуация, заяви он в районное отделение полиции о краже ноутбука, содержавшего отсканированные копии уголовных дел, которые пытались утаить их собственные коллеги из уголовной полиции. Как Сультье мог быть уверен, что он, Фарель, возьмет с собой ноутбук? Опасная авантюра – риск ошибиться был немалый.

* * *

Несмотря ни на что, у Фареля оставались еще бумажные копии дел, лежавшие под столом в коробке лейтенанта Обена и толком даже не спрятанные. Приканчивая свою выпивку, Фарель сообразил, что в этой партии у него нет никаких шансов на победу и что его квартиру, без сомнения, только что обчистили. Повторив заказ, он достал чистый носовой платок.

Старый Симон четко справился со своим последним заданием; Люка догадывался, что Фареля, скорее всего, потрясло нападение, но не позволил себе проявить сочувствие. Продолжение будет жестче. Он загрузил на задние сиденья «лендровера», которым Брис обычно пользовался для садово-парковых работ, только что украденные ноутбук и тяжелую картонную коробку с документами, а также сменную одежду.

Люка объявил, что уезжает на выходные в их загородный дом в поселке Сони, меньше часа езды от Сен-Клу. И ему было плевать, что Марго Сультье не поверила ни одному слову.

По мере того как особняк уменьшался в зеркале заднего вида, Люка успокаивался. Среди папок, которые он увозил, его поджидало дело Камиллы, а он пока не нашел в себе смелости его открыть. В поселке Сони кассир, он же владелец и кладовщик загибающегося круглосуточного супермаркета, воспользовался отсутствием клиентов и заметил, что их семейство тут не видели многие годы, а заодно простодушно поинтересовался, нет ли чего нового о матери и Камилле. Люка на мгновение дал себе пожить в воображаемом, более счастливом мире, где та и другая чувствуют себя прекрасно.

Выехав из поселка, он направился по частной дороге, змеящейся вдоль крутого холма, на вершине которого возвышался в уединении двухсотлетний дом фермы Сультье. Люка завел солидный внедорожник в крытый гараж – капот выступал наружу, будто выглядывая из засады. Под моросящим дождем Люка снял пальто, чтобы прикрыть коробку и компьютер, и почти бегом, в прилипающей к телу рубашке, проник в спящий дом с окнами, закрытыми ставнями.