Книга Серое братство, страница 56 – Валерий Гуминский

— Пусть поплачет, полезно, — ухмыльнулся я. — Нам все равно мало пользы от победы тех или иных.

— Ого! Начинаешь мозгами шевелить! — Поэт разлил вино по кружкам. — Давай, выпьем за встречу! Очень рад, что снова вместе! Знаешь, что мы с тобой здесь натворим!

— Давай без лишнего шума, — попросил я, испуганный перспективой быть схваченным как шпион. Патриканцы шутить не будут, враз подвесят на крючок.

И началась веселая жизнь вагантов. Мы ходили из города в город, давая по пути представления, чтобы не помереть с голоду. Поэт сокрушался по поводу скупости главного казначея Братства. Денег не хватало, не только на элементарный подкуп соглядатаев, но и на еду. Вот и приходилось выкручиваться. Поэт, говоря, что махнул рукой на Магвана, все же продолжал собирать всякие сплетни о нем. Ему хотелось даже пусть случайно, но напасть на его след. Осень сменилась зимой, слякотной и ветреной. Ежедневно дули мерзкие ветра с побережья Крабового залива, что мешало нам передвигаться из Ламберга то в Соты, то в Мирру и другие крупные прибрежные города и обратно. Периодически мы встречались с агентами Братства, передавали им данные о наших клиентах, обнаруженных во время странных перемещений по чужим землям. Наверно, за это время мы переловили всех ведьм, колдунов и доморощенных магов, но к главной цели, о которой мне так никто и не сказал, не приблизились. Но я чувствовал, что Поэт выжидает и просто тянет время, крутясь на одном месте.

Мы месили грязь до наступления холодов, до самых белых мух. Когда упал снег и лег нетающим покровом, пришлось думать о том, где бы найти временное жилье. Шкура ваганта требовала материальной отдачи, и скоро я навострился писать стихи и песни, да такие, что имел определенный успех у хорошеньких молодых патриканок. Не то, что Поэт. Он все время путался то с колдунами, то с ведьмами, а то и просто с шарлатанами, выманивающими у него под различным предлогом деньги, с таким трудом заработанные. И все же такая жизнь мне начала нравиться. В каждом прибрежном городе у нас было свое место в харчевне, свой стол и горячая пища.

Портовый городок Мирра нравился мне больше всех. Он был какой-то ухоженный, уютно располагался меж высоких холмов, поросших лесом. Верхняя часть городка была сплошь из камня, и там жили вполне обеспеченные ремесленники, кузнецы, ювелиры, огранщики, чеканщики и прочий ремесленный люд. Чуть ниже, сбегая к берегу, притулились деревянные домишки, где по ночам не стоило появляться. Отвесные скалы вдоль побережья защищали от сырых ветров, а снег лежал мягким пушистым ковром, скрывая под собой вездесущую грязь города. За холмом раскинулись богатые виллы обеспеченных горожан. И все поселения связывала вымощенная камнем дорога. В общем, я старался быть здесь почаще и оставаться подольше. Отчасти оттого, что здесь теплее, отчасти оттого, что большинство мужчин сейчас находились в глубине Континента, защищая святыни Патрика. И это обстоятельство давало мне определенные шансы на любовные приключения. Женское общество изголодалось по нашему племени, а редкие нашествия моряков не утоляли недостаток мужчин.

Все ждали весны.

Неприятности начались с приходом на рейд Мирры эскадры кораблей под флагами патриканской коалиции. В заливе скопилось около сотни вымпелов, принадлежащих Лансу и Вуперталю. Было еще с десяток мощных кораблей с черно-желтыми полотнищами.