Книга Симбионт 3, страница 151 – Валерий Гуминский

— Но ведь мы продаём конечный продукт, значит — тоже торгаши, — усмехнулась Софья. — Миша — сын крупного магната, учится в МИУ.

— И каким ветром его занесло сюда? — полюбопытствовала Мария.

— Он привёз какое-то лекарство для Григория Шуйского, — как можно небрежнее бросила девушка в платье «бордо с золотом», а сама с напряжённым любопытством наблюдала за реакцией пары.

Щёки княгини стали пунцовыми, а сама она опустила глаза долу. Лыков сердито засопел, заворочался, будто на ежа сел.

— Что за лекарство? — наконец, спросил он. — Я слышал краем уха, Григорий совсем плох, не выходит из комнаты, никого к себе не подпускает. Даже не знаю, кто или что может помочь ему. А тут вдруг какой-то незнакомец по мановению волшебной палочки поднимает на ноги безнадёжного больного?

— Рома, как ты можешь? — голос Марии дрогнул. — Будь ты на его месте, разве не перепробовал бы все варианты спасения?

— Я не на его месте, — отрезал князь. — Странно всё это… Как, ты говоришь, его фамилия? Дружинин? Не его ли папаша недавно подписал договор о сотрудничестве с компанией «Еврологистика»?

— Да, — кивнула Софья.

— А «Еврологистика» принадлежит Лопухиным, — Лыков с назидательностью поднял палец. — Лариса Николаевна Лопухина — жена канцлера Шуйского. Теперь вопрос: а при чём здесь Дружинины? Они как бы не пересекаются, согласно одной теореме.

— Ну откуда я знаю, Рома? — мило улыбнулась Темникова. — Миша рассказал, что это было условие его отца. Услуга за услугу. Шуйским — лекарство. Дружининым — допуск на европейский рынок.

— И как сейчас дела у Григория? — напряжённо спросил князь. У него сразу пропала вальяжность.

— Судя по довольному виду Шуйского, лекарство оказалось эффективным, — пожала плечами девушка.

— Шуйский здесь? — едва не вскочил на ноги Лыков. Мария тихо ахнула и как бы невзначай оглядела столики, занятые посетителями. Поняв, что её желание увидеть бывшего жениха слишком откровенно, княгиня взяла за руку мужа, словно успокаивая его.

— Да. Он попросил меня занять разговором Михаила, а сам уединился в приватной кабинке с молодым графом Уваровым, — не стала скрывать Софья, давно заметив, что уральский друг Шуйского звонил кому-то по телефону. Значит, правильно понял её взгляд и решил предупредить Григория. Нежданная встреча с Марией могла обернуться скандалом, а когда он уже знает, с кем может столкнуться в клубе, его пыл немного угаснет.

— Но как? — Роман был потрясён не меньше Марии, но быстро пришёл в себя. — Слухи шли, что Григорий при смерти. Причём, шептались-то не в подворотнях, а в светских салонах, да чуть ли не в открытую говорили! Последний год пресс-служба Шуйских вообще ограничивалась только краткими релизами о состоянии здоровья младшего княжича.

— Вероятно, всё это время шло лечение, поэтому семья не хотела раньше времени распространять информацию о выздоровлении Григория Александровича, — разумно проговорила Мария. — Дорогой, не купишь ли нам что-нибудь выпить? Мне коктейль, пожалуйста.

— Да-да, конечно, — Софья по виду князя Лыкова поняла, что ему хочется побыстрее покинуть женское общества и броситься на поиски Шуйского. Будто не верил тому, что сказала Темникова.

— А Михаил о нас уже позаботился! — весело воскликнула она, увидев подходящего к столику молодого человека с четырьмя полными коктейльными бокалами. Причём, два из них были с «Голубой лагуной», а два других — с «Олд фэшен».