Книга Симбионт 3, страница 1 – Валерий Гуминский

Хищник рядом

Сказать, что я испугался рыка звероподобного существа с густой бородой, было бы не совсем правильно. Скорее, у меня на лице появилась растерянность от неожиданности, что я вижу покойника, который в этот момент должен лежать на дне Урала в чёрном пакете. Не удивительно, что бородач воспринял заминку, как страх.

— Говори, шакал, зачем убил моего брата⁈ — Оскалился брат упокоенного Нарбека, нависая надо мной скалой, готовой обрушиться на непутёвого путника, забредшего на опасную горную тропу. От бандита пахло табаком и чем-то кислым, будто он недавно кумыс пил или айран. Заросшее лицо Отабека перекосилось от самой настоящей ярости, глаза горели бешенством. И это точно была не игра. Голос его заклокотал: — Что молчишь? Язык проглотил от страха?

Я слегка подался назад, упираясь в высокую спинку стула. Запах табака был настолько густым, что хотелось выбежать на улицу и подышать полной грудью чистым воздухом. Поняв, что Субботин полностью держит контроль над моим телом и эмоциями, я ощутил, как голова очищается от панических мыслей, а мозг начинает работать, как хорошо отлаженный компьютер. Всё-таки мой симбионт был сделан из другого теста, и, вероятно, не раз сталкивался с подобными персонажами, поэтому Отабек не смог выбить меня из колеи. Моё тело расслабилось, сердце билось ровно, даже чуть медленнее обычного.

— Я не убивал твоего брата, — спокойно бросаю в перекошенное от злости лицо Отабека. — Но, знаешь, не удивлён, что он зажмурился. Сам напросился. Слухи ходили о его бессмертии, а он, оказывается, и сдохнуть может.

— Не смей так говорить! — зашипел Отабек и схватил меня за ворот куртки. Рванув вверх, едва не скинул со стула. — Ты был на «Карлыгаче» со своими дружками! Капитан всё рассказал! Твоя морда засветилась на камере! Что ты сделал с братом?

«Пусть побесится», — Субботину, кажется, было интересно, что предпримет бандит, и насколько он далеко может зайти в присутствии Мустафы.

— Капитан, говоришь, рассказал? — я оторвал его ручищи от своей куртки, ощутив, насколько цепкие и сильные у Отабека пальцы. Да он и сам от моей дерзости удивлённо захлопал глазами. — А ты уверен, что капитан вообще видел, что там происходило? Он всю дорогу, пока мы на палубе находились, отсиживался в машинном отделении, трясся, как заяц. Спроси у него ещё раз, кто пустил пулю в твоего брата. Не ответит. А знаешь, почему? Потому что не видел.

— Это ложь! — бандюк замахнулся, чтобы ударить меня открытой ладонью.

— Отабек! — голос Мустафы, тихий, но режущий, как лезвие кинжала, остановил контрабандиста. — Отойди от гостя. Если его ударишь, я прикажу отрубить тебе руку.

Тот замер. Пальцы с хрустом сложились в кулак, чтобы скрыть их дрожь. Прошла секунда, другая… Он отошёл от меня на два шага. Я же смотрел на него с усмешкой, вызывая ещё большую злость в его безумных глазах. Никак, обкурился?

«Отлично, просто отлично, — промурлыкал Субботин, словно кот, которому удалось разозлить пса, сидящего на цепи. — Триггерим его дальше».

Мустафа, внимательно наблюдавший за мной всё это время, продолжал размеренно и спокойно перебирать чётки. Он был совершенно расслаблен, ничуть не показывая своим видом, что разочарован спектаклем. Наверное, надеялся, что я дрогну от обвинений неожиданно появившегося в этой комнате брата Нарбека. Признаюсь, ход оказался великолепный, и если бы не Субботин, мог бы поддаться на провокацию.