Книга Герои чужой войны, страница 153 – Валерий Гуминский

— А что еще они не любят? — проворчал товарищ.

— Воду не любят, панически боятся передвигаться на морских и речных судах, — начал вспоминать я шаблоны в прочитанных книгах, — вот особенно про воду. Интересно….

— Интересно ему! — Фарин ухмыльнулся в густую бороду и повернул в мою сторону голову. — Мой старший дядька уже лет тридцать по Тисаве грузы перевозит, лучше шкипера не найти. Младший зять так вообще корабли строит, испытывает их ходовые качества в прибрежных морских водах…

— Каботажник, — кивнул я понятливо.

— Только вот ругаться не надо, — поднял свой палец-сардельку Фарин. — Вообще не понимаю, откуда ты взял, что мы воды боимся. Вот обвалов в шахтах — боимся, не спорю. А остальное… тьфу!

Гном сплюнул на землю с таким видом, что для него вообще не существует страхов. Достойный сын своей расы.

— А что там? — крикнула Кели, протягивая руку вперед, где перед нами, насколько хватало взгляда, встала зеленая стена леса, сквозь который явственно угадывались величественные развалины древнего города. Широкие кроны деревьев вымахали вровень с осыпающимися шпилями башен. Сквозь листву, дрожащую под потоками мягкого весеннего ветра, просматривались ажурные арки окон, балконы, мощные балки, поддерживавшие раньше массивные куполообразные крыши. От них остались теперь лишь бетонные скелеты с выпирающей, словно костяк умершего животного, арматурой. Старый лес прочно окутал Видмарицу своими корнями и молодыми побегами, пробивающимися сквозь камень и кирпичные осыпи. Вымощенная булыжником дорога вела прямо к городским стенам с массивными воротами, вернее, что от этого осталось. Ворот, конечно, уже не было, но арочный проем остался, пусть даже и в плачевном состоянии. Стен тоже не существовало, лишь фрагменты этих стен на протяжении двух или трех поприщ. Да, город был большой, если не величественный, судя по скульптурам, начавшим появляться на нашем пути. Мрамор, белый камень, изящные линии фигур, застывших в какой-то миг своего возвышения. Пустые постаменты с отбитыми углами, постаменты с разломанными статуями — все это было лишь прелюдией, раскрывающейся перед нами грандиозной картины падения Атриды.

Видмарицу, если взяться судить по тем остаткам, которые явились нашему взору, не постигла судьба древнего Рима, разрушенного варварами. Здесь ничего не крушили, не ломали кроме редких случаев. Жилые дома, достигавшие, судя по всему трех-четырех этажей, горели, но оставались целыми, пока дожди и ветра не начали свою разрушительную работу. Общественные здания — церкви или административные корпуса — пострадали больше. Видно, что именно они приняли основной удар первой волны чужаков. Широкие лестницы разбиты, из стен выворочены кирпичи, кое-где в проходах и проемах навалены настоящие баррикады из больших каменных блоков.

Мы въехали в город-призрак, и сразу попали в полумрак под сенью раскидистых крон тополей, орешника, клена и других деревьев, странно уживающихся между собой. Тенистая арка четко показывала контур прямой как стрела улицы. Грэм показал знаком, что нужно разъехаться в разные стороны, соблюдать интервал и не сбиваться в кучу, где нас легко можно было подстрелить.

— Ну, вот мы и добрались, — сказал я, прерывая тишину. — А где портал? Как нам до него добраться?