Книга Герои чужой войны, страница 152 – Валерий Гуминский

Наши не миндальничали с оставшимися преследователями, и уничтожили всех, кто оставался в живых, невзирая на то, что защищались они вяло.

— Кос! Кели! Быстро вниз! Ловим лошадей и уматываем! — заорал Грэм, вытирая свой клинок о траву.

Мы слетели по веревке на первый этаж, сдернули крепеж с балясины и с растопыренными руками стали осаживать мечущихся от ужаса лошадей. Хват, паразит, решил поиграть с ними, и теперь с веселым гавканьем носился по кругу, усугубляя хаос и нервируя командира.

— Кос, да привяжи ты своего пса, демоны тебя пожри! — заорал Грэм. Кажется, его здорово припекло. — Ищите здоровых и не раненных лошадей и о сменных не забудьте!

Фарин, как заправский табунщик, согнал в одну кучу пригодных для езды лошадей и стал успокаивать их. К моему удивлению, животные, словно поддавшись чарам грубоватого голоса гнома, перестали беситься. Я же прикрикнул на глэйва, чтобы тот не путался под ногами. Нервозность обстановки дошла до волкодава, но он почему-то предпочел обидеться и сесть на задницу прямо посреди двора и трупов тойонов.

Нам удалось, наконец, организоваться и выбрать себе лошадок. Все они были без седел. Лесовики предпочитали передвигаться верхом без всякого комфорта. Я застонал про себя. Хуже пытки не придумаешь. Конечно, за это время я довольно сносно научился держаться верхом, и даже без седла. Но при удобном случае я всегда предпочитаю наилучший вариант для передвижения.

В общем, наша кавалькада спустилась с холма и только тогда перешла на галоп. Запасные лошади держались рядом. Смена хозяев никак не отразилась на них. Главное, новый хозяин рядом, руководит, направляет. Мы обогнули холм, чтобы выйти на открытое пространство, и взять курс на Видмарицу. При этом пришлось засветиться перед орками. Те страшно заволновались и резко изменили движение. Куда там! С их короткими ножками куда тягаться с быстроходностью животных! Спасибо тойонам, что сами того не ведая, здорово помогли нам!

До белеющих, словно сахарная пудра на ром-бабе, меловых гор мы доскакали за час с небольшим. Но я все проклял: и лесовиков, и лошадей, и их костлявые крупы, от которых на моем заду образовался один большой мозоль. Я же говорил, что только освоил езду без седла, но никогда особо не придавал этому значение. Мне казалось, что до такого экстремального способа передвижения жизнь не доведет. Довела, да еще с довеском: преследующими орками. Утешало одно: мы опережали их на три-четыре часа. Пусть пыхтят.

Нас ослепила блестящая белизна холмов, на которые без боли в глазах нельзя было смотреть. Наклонив низко головы, мы постарались побыстрее проехать между ними по узкой разбитой дороге, уже почти не видной под плотным травяным покровом. Для вывоза природного минерала жители Видмарицы не поскупились на хорошее каменное полотно. Былое величие Атриды проглядывалось даже сквозь убитые временем булыжники. Несколько веков забвения не смогли скрыть эти следы.

Грэм слегка успокоился и перевел лошадей на легкую рысь. Я поравнялся с Фарином, покачивающимся как китайский болванчик в такт движению. Его руки крепко держали уздечку.

— Фарин, а я слышал, что гномы не очень-то любят езду на лошадях, — заметил я, потому что мне было интересно, как вообще он сподобился на верховое передвижение. Да и вообще захотелось развеять гнетущую тишину мертвого карьера.