Книга Герои чужой войны, страница 110 – Валерий Гуминский

— Ну, вот мы и встретились, — голос у эльфа звучный, сочный, ложащийся на слух приятной гармоничной музыкой. Очаровательный злодей! Образное выражение само пришло на ум, и я не стал спорить с самим собой. Я же не знал, что за человек… тьфу, эльф передо мной, какие мысли крутятся в его голове, что он вообще ждет от нашей встречи.

— Приветствую тебя, Кос, — Глоррохин неожиданно протянул мне свою руку, как это было принято в моем мире, и обхватил не мое запястье, а именно ладонь, пожал крепко, обхватив цепкими пальцами, сухими и теплыми.

Я был озадачен, но сжал его руку. Эльф даже глазом не моргнул, выдержав проверку. На его губах мелькнула легкая улыбка, словно говорящая: «ну-ну, пыжься, парень, проверяй».

— Рад знакомству, — ответил я и отпустил руку профессора. — Давно мечтал встретиться, как только прослышал про вас.

— Полагаю, интерес лежит в области Врат? Я о тебе слышал много интересного, так что мне и гадать не стоило, зачем ты стремился ко мне. Проходи, садись, как тебе удобнее. Хоть в кресло, хоть на диван. Снимай шубу, вешай сюда. Вообще, не стесняйся. Я не сноб, приветствую простоту в общении.

Надо сказать, что кабинет профессора тянул по своим размерам и убранству минимум на кабинет президента какого-нибудь государства. Одну стену занимали застекленные шкафы, забитые книгами. Позолота корешков одних фолиантов соседствовала со скромными кожаными переплетами других. Книг было сотни, если не несколько тысяч.

Посредине кабинета стоял стол, длинный и широкий, протянувшийся до самого окна. Да и окно впечатляло. От пола до потолка, с единым стеклянным полотном. Как его умудрились вставить в проем — уму непостижимо.

Вдоль другой стены вольготно раскинулись четыре кресла с удобными и мягкими спинками. Сядешь в такое — и уснешь от комфорта. Я первым делом разделся, машинально пригладил волосы, вздыбившиеся под шапкой, выбрал диван, сел на него, закинув ногу на ногу. Глоррохин не стал садиться, он просто отошел к окну и обхватил локти руками, снова стал изучать меня.

— Признаюсь, твои подсказки насчет «сыворотки правды», как ты обозначил препарат, меня озадачили. Такое нетривиальное решение резко перевернуло ситуацию в травной медицине. Бассилал успел написать трактат после возвращения с Базы, после чего стал довольно популярной личностью, — профессор усмехнулся. — Мы подозревали о необычных свойствах указанных растений, но, чтобы так изящно и эффективно…. В общем, разработкой препарата заинтересовались военные и все структуры безопасности: Внутренний и Внешний сыск, даже представители Корпуса Стражи прибегали. Увидев перспективу, я взял на себя смелость оформить партнерский патент. Вписал свое имя, как руководителя проекта, Бассилала, который контролировал весь процесс изготовления, и тебя — как подателя идеи. Процент небольшой, но кое-что на жизнь перепадет.

— И на какую сумму я могу рассчитывать? — осторожно спросил я, чувствуя, как враз пересохло горло.

— Патент дает тебе право раз в год снимать с банковского счета двести златников, — сделав вид, что прикидывает прибыль, ответил Глоррохин, — согласен, что немного. Однако без протекции с моей стороны ты и такого бы не увидел. Я всегда был сторонником справедливого решения спорных вопросов.

Ну, них… себе! Двести златников в год, особо не напрягаясь! Да пусть хитромудрый эльф строит свои комбинации с прибылью от сыворотки, плевать! Свои кровные я получу, если жив останусь! Я даже представить страшился, а какую же сумму от своего участия получит Глоррохин! Ну и хитер же эльф!