Книга Легкий заказ, страница 124 – Андрей Васильев

— Твои сомнения понятны, — одарил меня улыбкой заказчик. — И знаешь, отчасти ты прав. Вот только про утраченную слезу Рода изначально-то знали немногие, в основном ближники богов, вроде того же Полоза или Усыни, а с их уходом вполне правдивую историю сначала начали считать выдумкой, а после и вовсе сказкой. Единственное, что ее участники теперь существуют в фольклоре каждый сам по себе — Сварог стал одной из тем для рефератов по славянистике на филологических факультетах, Святогор превратился в самого сильного богатыря, которого проходят в школе, а слеза Рода трансформировалась в один из самых известных сказочных атрибутов. Помнишь наливное яблочко на тарелочке? Которая, что захочешь, то тебе и покажет? Это эхо памяти о слезе Рода. И зеркальце, что ответ на любой вопрос дает, тоже она.

Хитрит старый. Следы путает, голову на отрезание дам. Не хочет правду говорить. Жаль. Не люблю, когда заказчик с самого начала крутить начинает, как правило, ничем хорошим это в результате не заканчивается.

Может, послать его куда подальше? Вот только Навь…

Было бы оплатой что угодно другое — послал бы. А тут не могу. Не факт, что еще один такой шанс предоставится.

— К тому же я имел доступ к ряду… э-э-э… Используем тут слово «документы», хотя оно и не полной мере отражает суть данных источников, — продолжил Карл Августович, как видно, уловивший на моем лице тень сомнения, хоть и я старался не выдавать свои эмоции. — Чтобы получить возможность ознакомиться с ними, мне пришлось приложить немалые усилия и пойти на ряд крайне невыгодных компромиссов. Причем каждый из них является вещью в себе, более-менее полную картину можно составить, лишь сопоставив их. Впрочем, даже после этого цель не стала для меня ближе. Я знал место — Урал, но это ничтожно мало, слишком он велик. И самое главное — это очень древние горы, и они, поверь, умеют хранить доверенные им тайны. Урал — не просто название на карте или географическая зона. Это отдельная вселенная со своими законами и правилами, суровая к тем, кто пытается добраться до принадлежащих им ценностей. «Золотая баба», клады Ермака и Пугачева, их так и не нашли, хотя искали многие. Да что там! Фарфор Саломирского так где-то у Талькова камня и лежит по сей день, даром что даже место известно. Что уж говорить о слезе Рода!

— Но? — вкрадчиво произнес я.

— Но совсем недавно случилось неожиданное. — Шлюндт достал из коробки, лежащей на столе, новую сигару.

— Только не говорите, что в скрытую от всех тысячу лет пещеру случайно забрался маленький человечек с мохнатыми ногами, — попросил я собеседника. — Этого мне не перенести.

— Ты будешь смеяться, но что-то подобное и произошло, — расхохотался мой наниматель. — Но сначала случилось землетрясение. Да ты о нем, скорее всего, в новостях читал. В конце прошлого месяца горную систему тряхнуло как следует. 29 июня, если точнее.

— Было такое, — кивнул я. — Помню.

— А дата тебя не смутила, Максим? — хитро прищурился старичок. — А?

— Да нет, — не стал скрывать я. — С чего бы?

— И ведь ты еще неплохо подкован, — вздохнул Шлюндт. — На фоне остальных, имеется в виду. Максим, 29 июня празднуют Сварогов день. Ну, по нынешнему календарю, разумеется. Может, конечно, это и совпадение, всякое в мире случается, но если даже это и так, то все равно есть над чем поразмыслить.