Книга Живые и мертвые, страница 72 – Ярослав Заболотников

Только корабли отплыли от Эльтарона, Бальтазар снял корону и вычурные одеяния. Военный поход требовал строгости. Чёрная треуголка. Серый камзол с темневшим на спине знаком: треугольником из сломанных костей. Пепельные штаны, стекавшие к сапогам цвета сажи. Неизменным было лишь висевшее на ремне оружие: небольшой молот и длинный, похожий на гарпун крюк — давние спутники побед. И возглавлявший эскадру галеон «Возмездие» стремительно шёл им навстречу.

Однако недостаточно спланировать победу — её нужно обеспечить. Какой смысл ждать от будущего твёрдой руки, коли ногам шатко уже в настоящем? И шаткость эта зачастую — рыхлая земля будущей могилы. Слишком давно враги не подсылали убийц. Обычным-то не подобраться. Но и ассасинов не видно. С одной стороны, у тайных гильдий убийц негласный запрет на ликвидацию глав государств, с другой — контракт на убийство был подписан до коронации, а ассасины всегда доводят дело до конца. Ситуация неоднозначная. И раз уточнить её не у кого, надо позаботиться о своей безопасности до начала сражения. Чтобы во время триумфального наступления не получить в спину нож.

Ассасины — мастера скрытности. Но корабль — не город и не лес. Пространство ограничено, вокруг лишь открытое море — сколько ни прячься, рано или поздно заметят. Убийце нельзя отсиживаться, аки сельдь в бочке, ему нужно собирать информацию. И всякий раз это риск. Особо глазастых, разумеется, можно убрать, но не досчитаются кого — уже точно всё вверх дном перевернут. Таиться — не вариант. А вот занять чьё-то место… Не зря ассасины также славятся искусством перевоплощений.

Всех участников военного похода Бальтазар отобрал лично: воины, лекари, повара — никто не избежал серьёзного разговора под испытующим взглядом. Глаза — зеркало души. Туда взгляд и устремлялся, выметая из её уголков самые потаённые желания. Их ненужно было озвучивать. Достаточно мимолётного отражения дурных намерений, чтобы острый крюк вскрыл горло собеседника. Их не спрятать во тьме. Не спрятать под гримом или одеждой. Всецело над ними не властны даже ассасины. Внезапный, правильно поставленный вопрос всегда обнажает суть. А уж заметить собственную смерть в чужом взгляде Бальтазар умел.

Полпути до Грозовых Островов. Если ассасин здесь, то лишь потому, что сумел пробраться при отплытии. Новому посреди моря взяться неоткуда. С неба падать они пока не научились. А вот наследить убийца мог вполне себе успеть. Не исключено, даже недавно, раз ещё не подняли тревогу. Пора положить конец сомнениям.

По кораблям разлетелся приказ: построиться всем командам и, если они неполные, обозначить количество недостающих сигнальными факелами. Вскоре одиночный огонь зажгла каравелла, откуда уже приходил доклад о несчастном случае: во время шторма матроса смыло волной. Это видели пять человек, и Бальтазар уже поговорил с каждым из них. Не лгали.

Значит, ничего нового. Значит, придётся лично обойти корабли, посмотреть на построенные команды, заглянуть каждому в глаза. Пусть всех лиц и не упомнить, но, если среди своих затесался чужак, его присутствие вскроется, как гнойник. В конце концов, на ловца и зверь бежит.

Закончив размышления, стоявший на палубе Бальтазар вынул пальцы из седой бороды и указал желтоватым ногтем на заклинателя зверей: