Книга Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока, страница 215 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

Где-то высоко-высоко в небе разведывательная аппаратура патрульной «сушки» засекла россыпь новых источников тепла, не являющихся открытым огнем. Маскировка немецких танкистов полетела к черту, и слово «район сосредоточения» обрело координаты с точностью до метра. Из тяжелого беспокойного сна в штабном автобусе был поднят генерал-лейтенант Василевский. И военная машина завертелась. Пятнадцать минут потребовалось, чтобы срочно связаться с Москвой и получить у абонента «Иванов» разрешение на применение изделия «Тайфун».

И вот уже восемнадцать установок медленно поднимают к небесам пакеты пусковых. Есть разрешение вождя на один залп дивизиона термобарическими боеприпасами.

Не выспавшиеся, а потому злые, как собаки, офицеры дивизиона готовят данные для стрельбы. Морские пехотинцы, танкисты, летчики, моряки воюют с самого первого дня. А вот они, офицеры и бойцы тяжелого дивизиона РСЗО, не сделали по врагу ни одного выстрела. Но теперь подошла и их очередь.

Вот уже все готово, наступила тишина. Нет, не совсем, где-то вдалеке артиллерия РГК, сведенная в один кулак, по одному давит немецкие узлы обороны в Славянске. В небе над городом нарезает плавные круги окрашенный в черный цвет БПЛА. Рядом с оператором коробка полевого телефона. Вот так, с помощью высоких технологий, каменного топора и такой-то матери разрушается хитроумная система немецкой обороны. Главное – не торопиться и как следует пристреляться, а потом не жалеть снарядов.

Генерал-полковник фон Клейст беспокоился не зря – немецкий гарнизон Славянска уже обречен. Два – три дня такой работы, в крайнем случае неделя, и в городе не останется ни одного немецкого солдата.

Но сейчас задача другая – предотвратить, остановить немецкий контрудар, перехватить руку, уже замахнувшуюся ножом. Секундная и минутная стрелки совместились, на командном пункте дивизиона подполковник Андреев повернул ключ. Команда на открытие огня, централизованно поступившая на все восемнадцать машин, обрушила на врага адское пламя.

Генерал-лейтенант Василевский, начальник артиллерии Юго-Западного фронта, командующий 57-й армией вышли из автобуса и подняли к глазам бинокли. Земля вздрогнула и завибрировала мелкой дрожью, хоть до огневых позиций было несколько километров. Потом через все небо косо понеслись раскаленные добела огненные шары, а все вокруг затопил яркий свет, превращающий ночь в день.

Несколько минут спустя.

Сталино, штаб 1-й танковой армии вермахта

Генералы и офицеры уже стали расходиться, когда в подвальное помещение ворвался глухой низкий гул, словно наверху началось землетрясение. С потолка посыпалась пыль, и закачалась на голом проводе разбитая лампочка. Выскочив на свежий морозный воздух, генерал-полковник фон Клейст увидел, как в небо, подобно театральному занавесу, поднимается багровое пламя, прорезаемое ярчайшими бело-голубыми вспышками. Это была катастрофа.

Еще через час командующий 1-й танковой армией узнал, что кампфгруппа «Макензен» понесла невосполнимые потери от огня русской артиллерии и фактически прекратила свое существование. Деблокировать Славянск было некому и нечем. Фон Клейст пока еще не знал, что на следующий день рано утром навстречу Буденному из Крыма двинется Рокоссовский, и это сделает положение окруженной 1-й танковой армии полностью безнадежным.