Онлайн книга «Герой империи. Сражение за инициативу»
|
Я же первым делом подскочил к зеркалу. Пригладил волосы расческой. Поправил одежду. Потом решил, что надо одеться понарядней и кинулся к шкафу. Спеша, допустил неловкость и ударился лбом о дверцу. Опять побежал к зеркалу – смотреть, есть ли шишка, на ходу снимая с себя рубашку. Шишки, к моему ужасу, была. Я постарался закрыть ее челкой. Снова к шкафу… Так, вот эта светлая рубашка подойдет. А брюки возьму вот эти… Я торопился: госпожа Ария могла зайти в любую минуту. Я так понял, что стучаться в дверь тут не принято, запереться же изнутри я счел неприличным – ведь меня предупредили о визите госпожи, что если она рассердится, наткнувшись на запертую дверь? Я быстро натянул штаны, надел выбранную рубашку, стал торопливо застегиваться… И как раз в этот момент дверь открыла уверенная рука… ну да, без всякого стука, я правильно понял, что запираться не следовало… И вошла ОНА… Госпожа Ария во всем великолепии своей ослепительной красоты. Тут, на корабле, где поддерживается постоянная температура, все носят очень легкие наряды. Вот и госпожа Ария была одета в повседневный мундир салатового цвета, мягкие брюки, короткие сапоги и легкую рубашку, обтягивающую высокий, роскошный бюст, от вида которого у меня замирало дыхание. Переброшенная на грудь толстая коса опускалась до пояса, а не была закручена вокруг головы. Я оставил все свои манипуляции, подошел к своей госпоже и склонился в благоговейном поклоне. От нее исходил аромат, сводящий меня с ума. На лице ее сияла улыбка – покровительственная улыбка хозяйки, довольной своим пеоном. — Приветствую вас, госпожа… – произнес я, стараясь выговаривать слова четко, без акцента, желая, чтобы она оценила мои успехи в языке. — Здравствуй, приятель… – произнесла она в ответ. В глазах ее плясали лукавые искорки. Она оглядела меня с ног до головы; но я не смог точно определить значение этого взгляда, который, впрочем, был весьма приветливым. И главное – я понимал ее! Это было счастьем – быть наедине с ней, слышать ее голос и понимать ее слова… Я уже не смущался так, как раньше. Все-таки большое дело – разговаривать на одном языке! — Ну что ж, я гляжу, ты вполне освоился? – сказала она. – Ну как тебе живется, Альфонс Кляйн? Моя Эри тебя не обижает? — Нет, все хорошо, госпожа Ария… – ответил я. – Спасибо… Она удовлетворенно кивнула, продолжая смотреть на меня. Вот она – возможность, о которой я мечтал все эти дни! Высказать ей свою признательность… И я не стал медлить, опасаясь, что сейчас она развернется и уйдет, и мы больше никогда не увидимся. — Госпожа Ария… – волнуясь, пробормотал я, – теперь я имею возможность поблагодарить вас за то, что подарили мне жизнь и позволили оказаться здесь и узнать много нового… много такого, что изменило мой… ээ… разум. — Я рада слышать это, – ответила она. — И еще, госпожа Ария… – продолжил я и запнулся. Сказать то, что я собирался, было страшно, но необходимо… Я зажмурился и, отчаянно краснея, стал говорить, больше всего боясь, что она остановит мой порыв: — Госпожа Ария, прошу, послушайте меня, ведь слова эти я давно храню внутри своего сердца в ожидании нашей встречи. Хочу сказать, что… что я люблю вас. Вы должны знать это. Все это время я мечтал увидеться с вами вновь. Но не подумайте, что мое чувство носит некий эээ… пошлый оттенок. Это не так. Я люблю вас по-настоящему. Восхищаясь вами и желая вам только самого лучшего… Я думаю, что у вас есть мужчина, и желаю, чтобы вы были счастливы с ним. А тогда и я буду за вас счастлив… Мне ничего не надо от вас, госпожа Ария, быть вашим смиренным рабом – для меня большая честь… Лишь один ваш приветливый взгляд значит для меня больше, чем сотни тысяч поцелуев… Вы – мой идеал, моя богиня, и я не могу выразить всей степени своей к вам любви и благодарности… К сожалению, я не поэт… Иначе бы написал поэму для вас. Был бы я художник – написал бы ваш портрет… Вы всегда будете для меня недосягаемой мечтой, далекой звездой, освещающей путь моей жизни светом своего великодушия… |